Юлия Беломлинская

Асан

Владимир Маканин
Асан

Другие книги автора

Владимир Маканин "Асан"

Мне этот роман понравился.

Я пропустила всю историю с «Большой книгой», с награждением Маканина и не читала ничего за или против. Кроме того, я самого Маканина – сейчас вот прочла впервые.

И он мне показался свежим и интересным. Может, тех, кто все его предыдущие романы, повести и рассказы читал, – он уже задолбал, но для меня он был очень даже хорошей отдушиной – среди нескольких, редкостно тоскливых книг, которые попались.

Я прочла статью Топорова в «Городе». Там он сравнивает «Асана» с «Не время для славы» Латыниной.

Я читала предыдущую часть латынинской эпопеи «Исламбек» – и эта книга мне тоже показался вполне сильной вещью.

Правда, я думаю, есть в обоих этих «кавказских хрониках».

И у Латыниной, неоднократно в тех краях бывавшей, и типа «в теме», и у Маканина – который «все узнал от племянника» – и типа «не в теме».

И даже вот не в теме насчет того, что в Чечне никогда не был дефицитом бензин.

Ну – не был. Это, предположим, фантазия автора.

А пулеметы – были дефицитом. И сапоги, например.

И торговля - именно вот такая, на любом уровне – шла почти до самого конца.

У двух авторов выходят разные картинки .

И картинка – мне показалась роднее и ближе – именно та, что у Маканина.

Маканинская картинка – мельче.

Там, в основном, действуют маленькие люди. И этот всемогущий Сашик – тоже невелика птица со всем своим бензином.

И вот эти маленькие герои они как-то живее получились.

И, по-моему, там есть очень трогательная, подкупающая история – про то, что этот "гений выживания" Сашик – который придумал себе вот такую непробиваемо-выигрышную формулу войны: вместо высокого «Асан хочет крови» – низкое «Асан хочет денег», все равно прокалывается.

Прокалывается и гибнет. Прокалывается он на том – на чем всегда можно проколоть любого.

На том, что вечно мешается под ногами у таких серьезных вещей как Война, Кровь, Деньги, Свобода, Гордость, Достоинство.

Что у них мешается под ногами?

От гоголевского Тараса Бульбы до набоковского Адама Круга из «Бенд Синистер» – у всех под ногами мешается Любовь.

Именно она превращает потенциального героя, гордого и достойного – в несчастное больное животное. В душевного доходягу и неудачника.

И часто если Любовь вмешалась – в конце истории гибель или безумие. Можно и то и другое.

Тарас Бульба, на самом деле, свихнулся уже в тот момент, когда говорил Андрию «я тебя породил, я тебя и убью», взводя свой курок.

И дальше он ведет себя уже как сумасшедший.Героический, но безумный. Отсюда и совершенно дурацкий срыв последнего свидания с Остапом. И вот это последующее кидание разного рода панночек и паненок в огонь в костелах, вместе с младенцами.

Тарас совершенно не таков изначально – его убила и опрокинула история с Андрием.

Любовь, как известно, бывает не только к бабе. Или у бабы к мужику.

Самая сильная Любовь – получается, к детям.

И герой Маканина – на первый взгляд, от такой шняги застрахован - потому что его жена и дочь далече – в порядке и в покое, и ради них происходит вся эта его Асаново-бензиновая активность.

Но основная, центральная история в книге – это история о Непрошенной Любви.

Он - мужик на войне, у него там дома – маленькая дочь. Сына – нету.

И вот на протяжении романа, вы может наблюдать, как этот наш непробиваемый Асан – не бабник, не пидор – очень понятный и здоровый челрвек – начинает жалеть, заботиться и вообщем, постепенно любить – двух прибившихся к нему контуженных солдатиков.

Он начинает их любить самой обычной Отцовской Любовью.

Причем без малейшей взаимности. Эти зайцы, контуженные – ничего они про Отцов не знают. Они знаю про Братьев. Они - эдакие срочники. Они все время хотят назад к ребятам.

К своим и в бой.

В бой – мстить за убитых товарищей: Васю там, Петю и так далее.

Им стыдно что они вот тут, у нашего Асана – загорают на складе. А ребята где то воюют.

И они рвутся скорее назад.

А этот наш герой тянет и тянет, и всеми правдами и неправдами не хочет их отправлять.

И чем больше он врубается, до какой степени у них обоих, а особенно у одного, съехала крыша – тем больше он их любит. Потому что Жалость и есть главная закваска для Любви.

Любит. Тянет… и в результате гибнет. Кто читал – знает каким образом.

И все остальное в книге - абсолютно не важно. Бензин и «чичи» и продажная война.

Не знаю, может, Маканин написал это нечаянно. Но так часто бывает с писателями.

Но я не думаю. Он уж старый человек и вот эта тема – Ученичества, Отцовства, опекунства – старшего, старого - над молодым, желание передавать опыт – конечно же ему знакомо.

На старости лет почти все мечтают иметь учеников, вести лито, семинары…

И у Асана-Сашика именно несчастная, неразделенная любовь – потому что для этих контуженых солдатиков – он не герой. Он – «складская крыса».

А герои – это там, где реально воюют. Где «батяня комбат».

Хотя мы отлично видим – Маканин показывает нам – что Сашик воюет и ходит под смертью каждый день. Но это заметно сверху нам читателям.

А двум солдатика – там в книге, изнутри – ничего не понятно.

Вся книга в результате сводится к тому что Асан – не хочет ни крови, ни денег – а хочет, чтобы эти мальчики как-нибудь остались живы.

И это – некая метафора книги.

Как-то Лимонов на вопрос, не жалко ли ему чеченских детей, ответил, что в первую очередь ему жалко русских солдат–срочников, которые тоже дети, чисто по взрасту, потом их матерей, а потом уже чеченских детей.

Это вполне жесткий ответ, но для любого, кто перевалил за сорок – в общем, разница между семилетним и семнадцатилетними не слишком велика: и тот и другой, по возрасту могут быть нашими детьми.

У Маканина примерно об этом и получилась книга.

Чеченские дети как тема там ведь тоже возникают.

В одном абзаце - где он старается не развести лишних соплей – но прочтешь и навсегда запомнишь.

Там есть такой кусочек про детей, которым уже оторвало руки и ноги – и бегать они не могут, и когда над селом начинают кружить «вертушки», дети выползают из домов и ползут по дороге. Здоровые дети бегут «в зеленку», а эти выползают на самую открытую часть дороги – именно чтобы их видели вертолетчики.

Потому что ни дом, ни «зеленка» для безногого – ненадежны. И безымянный командир этой «вертушки» – все это рассказавший герою – в конце резюмирует, что это они село ни не бомбят вообще.

- «Жалеем».

Жутко это звучит. Но иначе и не должно звучать.

Я действительно дважды и трижды «не в теме». Не в теме Чечни.

Не в теме «Большой Книги» и большой наградной кухни, но эта книга сильная, она о Любви и Жалости, которые, как заметил Воланд – вечно как-то пробираются… Да именно что, путаются под ногами у, геройской поступью, идущей себе Истории.

Поэтому книга про мелких таких вообщем, людишек – действительно может быть названа Большой книгой – и меня такое награждение не удивило.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу