Евгений Мякишев

Божья матерь в кровавых снегах

Еремей Айпин
Божья матерь в кровавых снегах

Другие книги автора

Еремей Айпин "Божья матерь в кровавых снегах"

Остяки (старое название группы народов Сибири) из романа Еремея Айпина, помимо первой, напрашивающейся аналогии с киргизами Айтматова, вызвали в моём сознании сравнение –немного диковатое – с жителями планеты Пандора из недавно отшумевшего фильма Кэмерона «Аватар». Те и другие живут в единстве с природой, тех и других стремится уничтожить более развитая цивилизация. Но, если Кэмерон моделирует фантастический мир и создаёт красивую трёхмерную игрушку, то Айпин, основываясь на подлинных фактах, рассказывает своеобычным языком жёстко о жестоком – не столь удалённом от нас в пространстве-времени. Создаёт и воссоздаёт реаль; мир которой не просто трёхмерен, но физически ощутим. В его произведении снега буквально забрызганы кровью. Казымское восстание, поднятое в 1933 году жителями Обского Севера против советской власти, подавили. Читать роман тяжело, страшно и интересно. Героиня книги пытается уберечь от смерти четырех своих уцелевших сыновей и дочерей. Выживает только младенец Савва. Его спасает старый охотничий пёс Пойтек. Загнанная Матерь детей разговаривает с такой же загнанной волчицей, с небом, птицей, Сидящей землёй – и в воображении соединяется с убитыми полтора десятилетия назад русским царем, царицей и царевичами. Всё в мире (книге) Айпина взаимосвязано. Белогвардейский полковник, прижившийся в этих краях, строит в лесу часовню и пишет семь икон мучеников, похожих сразу и на выходивших его остяков, и на членов семьи Романовых. Люди на равных общаются с животными и растениями. Молитвы Христу не мешают почитать языческих богов. Различия между теми, кто понимает и хранит эту гармонию, и теми, кто несёт гибель, – не в разрезе глаз и не в особенностях житейского уклада. «Вы, русские, друг друга не жалеете... Поэтому вам плохо. А не жалеете вы друг друга потому, что вас много. Сказывают, в ваших городах людей больше, чем деревьев-трав…» Но для пришлецов чужая жизнь – и жизнь вообще – в принципе не имеет ценности. Помазанника ли Божия, измученной ли женщины, оленей ли, которых поливают пулемётными очередями. Красным Айпин почти отказывает не то чтобы в человечности: в одушевлённости. Оттого их образы плоски и схематичны. Это оправдано и на событийном, историческом плане – итоги карательной экспедиции на Север были чудовищны. И на мифологическом (поэтика «Божьей матери в кровавых снегах» – поэтика мифа): коммунисты видятся наивно-мудрым остякам, способным предсказать будущее, но не изменить настоящее, фатальной черной силой. Вернее – красной. До знакомства с романом Кочергина «Крещённые крестами» мне представлялось, что добавить что-либо новое к пласту художественной литературы, повествующей об ужасах эпохи культа личности, сложно. После прочтения «Божьей матери в кровавых снегах» – книги о трагедии не только малого народа, но и всей великой страны – я ещё раз убедился в излишней поспешности своих выводов.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу