Владимир Цыбульский

Заговор ангелов

Игорь Сахновский
Заговор ангелов

Другие книги автора

Игорь Сахновский "Заговор ангелов"

Тушите свет и выпускайте ангелов

Метафизика «Заговора ангелов» ненавязчива и скрытна. Ее вообще можно не заметить. И читать пестрое собрание рассказов от античности до наших дней для собственного удовольствия. Но можно вместе с автором обратиться к судьбе, желанию и тому, от кого зависит его исполнение.

Отставшая от поезда эвакуированных мать каким-то чудом догоняет своих детей. Уехавшие вовремя - выживают. Отец героя, спрыгнув с подводы, избегает взрыва на мине. Некая Дина оказывается одно лицо с призраком, преследовавшим мужчин в роду друга повествователя Арсения, прорывается через десяток новелл лишь за тем, чтобы явиться Арсению, но вместо смерти, принести ему собственное исчезновение в параллельном мире. Возможно в том самом Аиде, куда по забродившему в современной отечественной прозе мифу об Орфее и Эвридике после окончания романа непременно спустятся и поэт и его влюбленный друг.

Гадает автор, в поисках связей бросая руны рассказов на камень романа. Они ложатся то так, то этак. В одной фигуре вдруг оказывается, что все на самом деле в жизни просто. Мы сами пишем ее своими желаниями. Но обламывается тайная разведка царя Пенфея, решившего раскрыть тайну вакхических игр ахейских жен. И Орфей, уговоривший подземных богов отпустить к нему Эвридику, не в силах исполнить единственное условие не оборачиваться, пока не покинет Аида.

Связь между этими историями вне закона и без вариантов, как между строчками хокку. Читатель способен только почувствовать ее. Стоит назвать словами – все оказывается не то. Поиски смысла обречены. Он и автору-то неизвестен и в финале заинтригованному безуспешными поисками читателю нечего сообщить кроме как: «Мы словно втянуты в пожизненный заговор, цель которого нам забыли сообщить».

Процесс лучше результата. Достигнутое - конечно. Обладание постыло. В детском авторском искушении вопросом, что лучше - смотреть и трогать или сделать это с женщиной и разбежаться выбор падает на созерцание.

В итоге торжествует пухова мудрость – счастье, не когда ты ешь мед, и не когда ты его уже съел. А когда все готово, горшочек перед тобой, но нет еще, ни начала, ни конца.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу