Максим Лаврентьев

ВИТЧ

Всеволод Бенигсен
ВИТЧ

Другие книги автора

Всеволод Бенигсен "ВИТЧ"

Как известно, герой Отечественной войны 1812 года князь Багратион имел характерный грузинский нос. Однажды он отправил будущего партизана Дениса Давыдова, отличавшегося помимо храбрости еще и курносостью, с донесением к начальнику штаба русской армии генералу от кавалерии Беннигсену. Давыдов прибыл в Ставку как раз к обеду. Граф Леонтий Леонтьевич, ганноверский барон, первым обуздавший Наполеона в битве при Прейсиш-Эйлау, принял посыльного прямо за столом. «Князь велел доложить вам, что неприятель у нас на носу...» «Позвольте, на чьем носу? — воскликнул Беннигсен. — Ежели на вашем, так он уже рядом, а ежели же на носу князя Багратиона или на моем, то еще мы успеем отобедать».

Этот исторический анекдот, думаю, вполне уместен в разговоре о прозе Всеволода Бенигсена, названного в одной из рецензий на роман «ВИТЧ» «одаренным сочинителем анекдотов». Но правильно ли будет считать писателя всего лишь салонным шутником или мелким подстрекателем на том основании, что он пересмеивает в своих произведениях различные русофобские и юдофобские мифы? Те, кто прошлым летом пережевывал с хреном его роман в специализирующихся на этом изданиях, не обладали, кажется, даже метафорически ни одной из двух вышеперечисленных особенностей знаменитого русского партизана. Так, размусоливая тему диссидентства 1970-80-х годов, некоторые просто не умели разглядеть, что трагедия (в переводе с греческого и с бенигсеновского – «козлиная песнь») Привольска-218 по-настоящему происходит здесь и сейчас, и что именно в сегодняшний день через отражение в прошлом устремлен полный зубодробительного сарказма взгляд нашего автора. Напрасно пишет критик, будто бы по мысли писателя исключительно «советскость – это прежде всего серость, подмена творчества чем-то иным». Да, вирус иммунодифицита творческого человека впервые появился в нашей стране еще в те, уже отчасти баснословные (по Бенигсену), времена, когда она именовалась Советским Союзом. Однако вакцины против ВИТЧа нет до сих пор, заразиться им проще простого, а число носителей как раз теперь умножилось настолько, что в нынешнюю эпоху болезнь, чья симптоматика блестяще описана в романе, приобрела размах эпидемии.

Включите телевизор, пойдите в театр, загляните на выставку «современного искусства» или же в любой из номеров любого «толстого» столичного литжурнала (то, что там вы обнаружите и кое-какую специфическую прозу от автора «ВИТЧа», имеет, по-моему, чисто идеологически объяснение). И черт вас подери, братцы, если не согласитесь вы со следующими словами прозревшего бенигсеновского бунтаря Якова Блюменцвейга:

Серость не хочет быть серостью –
Она создает мир серее себя,
Чтобы оправдать свое существование.
Так и идет все по спирали.

Талант «одаренного сочинителя анекдотов» лучше всего смог оценить тот, кто, как я, прошедшей зимой побывал на оппозиционных митингах в Москве. И талант этот, вспомнив остроумного генерала от кавалерии, я бы охарактеризовал как умение видеть несколько дальше собственного носа.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу