Смотреть трансляцию

Ксения Друговейко

ВИТЧ

Всеволод Бенигсен
ВИТЧ

Другие книги автора

Всеволод Бенигсен "ВИТЧ"

«ВИТЧ», заглавие которому дал «открытый» одним из героев вирус иммунодефицита талантливого человека, - сатирический и притом чертовски смешной (что сочетается нечасто) роман о диссидентах эпохи брежневского застоя.

В 1979 г. из Москвы в Мюнхен вылетает «философский самолет» с инакомыслящей творческой интеллигенцией на борту – приземляется он, однако, не в Германии, а вполне себе советском закрытом городе Привольске-218. Условия писателям, ваятелям и правозащитникам предлагаются почти санаторные: четыре часа непыльных трудов на местном химзаводе пять дней в неделю, все остальное время – на творчество, совершенно свободное и никакой цензурой не контролируемое. Родственникам поначалу поступают открытки с видами капстран, потом – крайне лаконичные звонки. Довольно скоро, впрочем, о политэмигрантах все как-то забывают – и вспоминают только через много лет после Перестройки, когда некоему издателю приходит в голову выпустить книгу о самиздатовском альманахе «Глагол», участники которого в числе прочих не долетели до Мюнхена. На роль автора выбирают немолодого литератора Максима, когда-то водившего знакомство со сгинувшими писателями; тот неожиданно выходит на единственного некогда сбежавшего узника Привольска – своего однокурсника Якова Блюменцвейга. Приятель Максиму о главном рассказывать ничего не желает, а вместо этого вдохновенно излагает свою свежую теорию связи мании безличия, всепоглощающей творческой серости, гибели культуры и смертельного диктата нормы.

Первый семантический пласт текста Всеволода Бенигсена – собственно, сатира на интеллигентские нравы означенных времен со всей микроклиматической нестабильностью, ересью, новыми -измами и неизменными фобиями, этим временам (да и нравам) присущими – совершено замечателен и ценен сам по себе. При всей безусловной вторичности самой идеи, по понятным причинам уже не раз реализованной, Бенингсен раскрывает ее через такие неповторимые сюжетные повороты и развороты и иллюстрирует с помощью таких зарисовок, что потерявшая, казалось бы, былую актуальность нафталинная тематика, начинает казаться едва ли не злободневной. Впрочем, если вспомнить о том, с какой абсурдной частотой мы сегодня возвращаемся снова и снова к публичному пережевыванию дурацких наследственных проблем вроде выноса Ленина из кремлевского мавзолея, все и вовсе встает на свои места. С Лениным пример, конечно, неслучаен: ему в романе, а вернее даже в «Глаголе» посвящена прекрасная сюрреальная пьеса: Владимир Ильич встает по ночам из гроба, покидает осточертевшую усыпальницу и идет пить кровь мирных москвичей. «Насосавшись крови, он возвращался в Мавзолей, где хватался от смеха за бока и картавил в злорадном экстазе: – Сколько вкусных людей! Какое широкое поле для работы!» Дальше – настоящий триллер, соответствующий всем вернейшим законам жанра. Между тем любопытнее всего то, что «ВИТЧ» оказывается книгой неизменно смешной (хотя далеко не всегда веселой) на уровне не только сюжета, но и непередаваемых в отрыве от общего контекста драматургических деталей и диалогов. При этом Бенингсен не занимается изобретением уникального авторского языка и уж тем более не играет в изящные словесные игры – оттого текст его вызывает не ту тонкую читательскую улыбку, на которую обычно рассчитывает всякий старики, а натуральный неудержимый хохот. Подобного эффекта добиться нынче куда труднее – по крайней мере, не переступая известных, но не всегда различимых сходу литературных границ

Что до пласта второго, то охарактеризовать и/или обозначить его можно по-разному. Соль же, на мой вкус, в том, что автор подсовывает смешную ловушку интеллигенту уже сегодняшнему: Бенигсен предлагает ему в очередной раз с патологически не снижаемым жаром пуститься в рассуждения об упадке, серости и ВИТЧе современной культуры. А сам, кажется, посмеивается над происходящим в сторонке: он-то точно знает, что беседа эта с нами на века – вспомнить хоть переписку Гоголя с Белинским, вздыхавшим, в сущности, все о том же. Гоголю, к слову, Всеволод Бенигсен тоже приготовил в романе довольно интересную роль – а заодно и одному из вечных его героев.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу