Ольга Погодина-Кузмина

Камерная музыка

Евгений Алехин
Камерная музыка

Другие книги автора

Евгений Алехин "Камерная музыка"

Книга Евгения Алехина построена на приеме, который точно формулирует сам автор: «Сначала берешь за яйца, потом делаешь лирическое отступление».

История начинается с поступка. «Оксана говорит: — Выбирай: либо Путин, либо я». И герой делает выбор. Он расстается с объектом нездоровой страсти, как полагается «настоящему мужику». Сложив в коробку карикатуру и макулатуру, подначки и значки – все, что наполняло его жизнь пафосом и смыслом борьбы с продажной властью в лице Президента, он относит коробку на помойку.

Подробно и, нужно сказать, весьма эффектно описан обыск у лучшего друга героя, который получает условный срок – очевидно по 282 политической статье, отягченной участием в национал-большевистской партии Лимонова. Читатель ждет уж рифмы розы – то есть живого свидетельства участника политических акций и, возможно, жертвы репрессий. Но тут начинается «лирическое отступление».

Сотни томов написаны о том «как мы начали играть рок (джаз, рок-н-роллл, хэви-металл, хард-кор и прочее, прочее, прочее)». Книга «камерная музыка» – о том, как «мы начали играть рэп и что-то там еще».

Я, грешным делом, о группе «Макулатура» узнала, читая этот текст, но не поленилась заглянуть в гугл. И выяснила, что Евгений Игоревич Алёхин (род. 20 июля 1985, Кемерово) — российский прозаик, актёр, музыкант, лидер этой самой группы.

Автобиографические книги рок-музыкантов очень похожи одна на другую, теперь выяснилось, что и книги рэп-музыкантов строятся по тому же шаблону. Главное, придумать, что именно «мы начали делать первыми». Кто-то первым вышел на сцену в кожаных штанах, кто-то первым разделся, кто-то начал расфигачивать свои инструменты, кто-то требовал перемен, кто-то в драке нарвался на нож, кого-то не спас укол. Лидер группы «Макулатура» пытается включить в число своих ноу-хау бытовой политический протест:

«Когда стали собираться люди, я был пьян, как ноль. Но на сцене мы еще продолжали пить крепкую выпивку. Помню, что, когда я сбивался и забывал текст, орал:

— Медведев идет на хуй! Путин идет на хуй!».

Осознав, что лирическое отступление затягивается, и новый «Санькя» обернулся старым добрым Рекшаном и Рыбиным, испытываешь то, что называют русским словом «облом». А тут еще автор признается: «Конечно, никакой коллекции Путиных в действительности не существовало. Это была ложь, беллетристика, без которой я не мог начать историю».

И тут уж заявление героя о том, что «наше детство и детство наших детей спиздили жулики и воры» обретает новый смысл. Хочется сказать – чувак, ты сам у себя спиздил отличную книгу.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу