Всероссийская литературная премия

Национальный бестселлер - 2014

s

16 апреля будет объявлен Короткий список премии

читать рецензии

Ежегодная всероссийская литературная премия. Вручается в Петербурге за лучшее, по мнению жюри, произведение, созданное на русском языке в текущем году.

Ксения Рождественская

Завод

Ксения Букша
Завод "Свобода"

Другие книги автора

Ксения Букша "Завод "Свобода""

Обломки соцреализма, бракованные шарикоподшипники советского мифа, гулкие цеха забытых слов и уволенных сюжетов. «Завод «Свобода» - не производственный и не роман, а воспоминание о нем, обрывочное внутреннее кино поколения, которое только по фильмам и знает обо всех этих передовиках производства. Да и о самом производстве.

Ксения Букша - писатель умный, точный, талантливый, тут, кажется, невозможно перехвалить. Читать «Завод «Свобода» - редкое удовольствие. Букша действительно разговаривала с рабочими и сотрудниками одного питерского завода, и все эти монологи диспетчеров и инженеров «Завода «Свобода» - отголоски рассказов реальных людей, так что все честно. И нечестно: почти каждый герой носит вместо имени букву латинского алфавита, потому что завод секретный, оборонный. И почти каждый герой рассказывает не то, что было, а то, что он помнит. Истории о времени, в котором солнце ярче, а «Свобода» важнее. Роман упрятан в этом зазоре между «никогда» и «на самом деле», между взглядом с экрана и взглядом на экран, между историей и мифом, между совсем недавней историей и совсем недавним мифом. Текст то и дело вываливается в такую советскую хтоническую жуть, в такой космический восторг, что наладчицы и инженеры кажутся демиургами, древними богами, у которых слабые мы украли огонь. И одновременно – жалкими, несчастными, второстепенными персонажами, не ведающими, что всех их ждет. «Мы жили в космосе, во вселенной. Космос – это отсутствие хаоса»,- объясняют они. А другой персонаж, давно переставший быть, говорит: «Я герой прошлого, а вы герои будущего».

«Завод «Свобода» - это героический роман о людях, которые прожили свое будущее, роман о распаде целого мира и о тех, кто фиксирует этот распад. Очень важно, что здесь все основано на документе – то вылезет вдруг КВН-выступление, то покажут документальное кино о «Свободе», которое раньше никого не интересовало, а когда завод начал умирать, все вдруг кинулись его смотреть. Получается магическая документалистика, страшный, разноцветный, яркий, художником нарисованный роман (картинки в книге тоже рисовала Букша, и на них - трогательно-страшные существа с зачатками лиц). Один из героев выводит гипотезу, что человечество подобно раковому заболеванию. «Развивается по тем же законам. Борется само против себя и в этой борьбе обречено». Роман предъявляет и проигравших в этой борьбе, и победителей.

С самого начала читателя подчиняет себе магия производственных сил и производительных отношений, и он уже ничему не удивляется: ни розовому, как гречишное поле, океану, ни магическому зеркалу сенегальского вождя. Тут все оказывается уместным, как в любом хорошо созданном мире. «Михаил Степанович, я еще хотела рассказать, каких я нашла арендаторов. Посольство Сенегала — раз. Все бы ничего, но у них висит магическое зеркало вождя, и сквозь него можно ходить в Сенегал и еще в какой-то там мир белых костей, я не знаю. Плевать, Инга!».

Полифония? Ну да, полифония. Плевать, Инга. Вот составил Антон Понизовский свое «Обращение в слух», отличная идея, да и первые десять страниц блестящая книжка, - а дальше одно и то же, одно и тоже, форма ставит содержанию мат в два хода. У Букши иначе: в тексте вспыхивают сквозные сюжеты, можно найти тут лав-стори, хейт-стори, faith-стори, и все это в рассказах ненадежных рассказчиков, и пусть читатель складывает из этих обломков собственную историю. Например, историю заката империи, погружения в ночь.

А еще вот что: в русском языке засада с двойными кавычками в названии. Вот так откроешь кавычки: «Завод...», потом напишешь в кавычках «Свобода», а потом уже все. Никогда не закроются.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу