Смотреть трансляцию

Владислав Толстов

Пароход в Аргентину

Алексей Макушинский
Пароход в Аргентину

Другие книги автора

Алексей Макушинский "Пароход в Аргентину"

В кино существуют фильмы, которые снимаются не для публики, не для рынка, не для коммерческого успеха, а исключительно для членов киноакадемии, чтобы они этим фильмам премию дали. То же самое творится в литературе. Мне сложно понять, зачем и для кого написан роман Алексея Макушинского «Пароход в Аргентину». Но то обстоятельство, что книга засветилась в нескольких премиальных раскладах (правда, пока ничего не получила), как говорится, многое объясняет.

Эта книга идеальна для участия в какой-нибудь литературной премии. Она написана гладким, даже каким-то отполированным языком. В ней отсутствует внятный сюжет и хоть один запоминающийся персонаж. Зато в ней много фраз, которые, начинаясь на одной странице, плавно влекут читателя на следующую, потом еще на следующую, и еще — если бедняга за это время не устанет, не уснет или не отправится, допустим, перекурить. Все вместе это порождает у читателя теплое ламповое чувство причастности чему-то хорошему, важному, даже элитному. У обычного человека чтение таких книг должно рождать мягкое самоуважение — мол, мы тут вам не какие-нибудь, настоящую интеллектуальную прозу читаем, господина Макушинского, в Германии проживающего, сочинение! У членов же жюри в литературных премиях такие книги тоже должны вызывать прилив добрых чувств. Если такую книгу наградить, никто не возразит, никто не закричит благим матом, никто не спросит, что это за автор. Поскольку каждый, кто добрел до конца этого опуса, пребывает в мягком гипнотическом оцепенении. Награждение подобных опусов не вызывает ни у кого вопросов. Правда, и содержания их через год уже никто не помнит. А уж если вы просто обычный читатель, содержание «Парохода на Аргентину» выветрится из памяти через день.

Возьмем автора этих строк. Я прочел роман Макушинского неделю назад. Сейчас, не заглядывая в книгу, могу вспомнить, что это про какого-то архитектора... как его там, беса... Александра Воскобойникова, щеголевато сократившего свою фамилию до западного Воско. Куда-то он едет. Смотрит в окно, думает. Много думает. Смотрит в окно. Он изгнанник, то есть откуда-то изгнали. Он потерял родину. И, стало быть, куда-то едет. Мммэээ, ну так, едет, значицца, он, едет, а...дальше-то что? Хоть убейте. Роман называется «Пароход в Аргентину». Его на премии какие-то выдвигали. Правда, ничего не получил.

Все это написано, конечно, исключительно высоким стилем. И мысли главного героя весьма благородные. Не помню, есть ли там персонажи отрицательные. Если они и есть, то Александр Воско, в своих размышлениях бесконечных, скорее всего их не заметил. Проехал. Ни событий, ни парадоксов, ни конфликтов. Одна размазанная на несколько сотен страниц дурная литературная амбиция, уж простите мне такую бедность речи.

Больше всего мне это напоминает незабвенный рассказ Кармазинова Merci в «Бесах», с таким же сюсюкающим стилем, «безукоризненно правильного тона» и настолько зубодробительно скучно, что так и хочется, как сельский учитель в «Бесах», прервать чтение воплем «Боже, какой вздор!». Боже, какой вздор вы написали, Алексей Макушинский! Знали бы вы, какое это было мучение (не для члена большого жюри «Нацбеста», а просто для читателя) — читать ваш невероятный текст, пробираться через предложения на три страницы, переползать через частоколы плеоназмов, тропов и синекдох! Я не знаю, кстати, что такое синекдохи, тропы и плеоназмы, но прочел в Интернете, что автор «Парохода в Аргентину» является доктором филологии и на всякий случай написал. И до чего же все это скучно, невероятно скучно! Для кого это написано? Явно не для массового читателя. Имеет ли это шанс стать когда-нибудь национальным бестселлером? Да ни в жисть

И что меня еще поразило. Я тут читаю новую биографию Виктора Цоя, изданную в серии «Жизнь замечательных людей». Оказывается, в день смерти Цоя первым, кто об этом узнал, побывал на месте автокатастрофы, сообщил в милицию, рассказал родственникам и вообще был больше всех в теме, был человек по имени Алексей Макушинский. Поразительно, если это один и тот же человек (а скорее всего, один и тот же) — участник питерской рок-тусовки 80-х и автор «Парохода в Аргентину». Как правильно заметил автор «Бесов», «господин Кармазинов явно отвык в Карлсруэ от Отечества».

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу