Владислав Толстов

Безбожный переулок

Марина Степнова
Безбожный переулок

Другие книги автора

Марина Степнова "Безбожный переулок"

Женский медицинский советский роман. Женский – поскольку автор дама, и роман о любви. Медицинский – потому что главный герой врач-терапевт, в романе много медицинской тематики, специфической терминологии, мелких повседневных деталей жизни и работы современной столичной клиники. Ну, а советский – потому что по всему роману разбросаны любовно выписанные мелочи советского быта, раскавыченные цитаты Стругацких, автор буквально купается в описаниях советской жизни – как ходили в магазин, как учились в школе, даже как несли караульную службу в армии. И заголовком романа взято советское название переулка, который сегодня называется иначе.

Весь сюжет можно уместить в одну фразу: приличный человек, врач престижной клиники, на тринадцатом году супружеской жизни с надежной, но уж больно земной и обывательской женщиной встречает девушку, которая по возрасту годится ему в дочери (своих детей у врача нет, запретил жене еще давным-давно) и теряет голову. Уходит из семьи, бросает пациентов, спускает в унитаз профессиональную и человеческую репутацию – все ради того, чтобы два года прожить в романтическом угаре с любимой. История не нова, и история закончится, предупреждаю, плохо: там будет и шизофрения, и самоубийство, и морг. И главный герой в финале останется у разбитого корыта – без любимой, без семьи, без родины. Мораль – ну а какая тут может быть мораль? Мало ли мы видим вокруг сорокалетних мужиков, у которых срывает крышу от любви к очаровательной прелестнице? Что тут доказывать – что на старуху бывает проруху, и что терапевты тоже любить умеют? Больно нужно. Мужчины в период кризиса среднего возраста ведут себя как ослы. И «Безбожный переулок» - довольно банальная история такого вот осла, который предал всех – любящую жену, друга, устроившего его в эту клинику. Все бросил под ноги юной красавице, а она возьми и окажись шизофреничкой, и выбросилась в окно, поскольку, как потом окажется, перестала принимать волшебные таблетки. Перескажи эту историю простыми словами, без всякого романтического флера – анекдот получится. Поэтому я, если честно, не понимаю, отчего вокруг романа «Безбожный переулок» такое коллективное восторженное дрожание. Человек повел себя как дурак и превратил свою жизнь в анекдот.

При этом роман написан красиво, с щегольством стиля и изяществом языка. Марине Степновой надо отдать должное – писать она любит и умеет, это чувствуется. Сюжет, конечно, бедненький, но как красиво она накручивает вокруг него словесные кружева! Когда описывает биографии героев – обычные советские биографии, все узнаваемо, но именно это и создает уютное ощущение причастности – да они ведь такие же, как мы, очень похоже. И нашу жизнь, если постараться, можно описать так же красиво, боже мой! Люди, в сущности, хорошие, только несчастные. Квартирный вопрос только известно что с ними сделал.

Есть, правда, в романе один пассаж, после которого я понял, что Марина Степнова, как бы это помягче сказать, матчасть учит недостаточно. Там во время эпизода, когда влюбленные гуляют по Италии, главному герою приходит в голову, что в России мол, все плохо оттого, что у нас сыра не делают. «...В одной из лавок они с Малей попробовали пармезан пятилетней выдержки. Он был цвета глины и янтаря. Крошился в пальцах. Пять лет ожидания. Они все верили в то, что у них есть будущее. Все до одного. Даже самый ничтожный средневековый смерд знал, что у него есть мизерные, но права. Его нельзя было убить просто так – как скотину. Он мог стать горожанином. У него был сыр. Он верил, что через двенадцать месяцев его дом, его жена, его дети и его сыр все еще будут тут, на этой земле.В России делали только творог. Он был готов уже к утру. И к вечеру – скисал. Но до вечера надо было еще дожить. На большее никто не надеялся. Какой уж тут сыр? Какое столетнее вино? Зачем пустые надежды людям, у которых нет никакого будущего?».

Это бред, конечно, собачий. Специально для сведения Марины Степновой: сыр в России делали с середины XIX века. Купец Николай Верещагин, брат известного художника-баталиста, построил сыроварни в Тверской и Вологодской губерниях, поставлял продукцию на европейские выставки, и даже известный у нас сорт «Эдам» - это сокращенное от «Едимоново», по названию деревни, где работали верещагинские сыроварни.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу