Андрей Степанов

Фигурные скобки

Сергей Носов
Фигурные скобки

Другие книги автора

Сергей Носов "Фигурные скобки"

В промежутке между строгим реализмом (каузальность, детерминация, социальность) и чистой фантастикой (чудо, чудо, чудо) есть еще одна литература: та, что балансирует на грани чуда, подпуская туману: может, было, а может, и не было. Туману нанесло, конечно, из петербургских повестей Гоголя. Бродил ли по Петербургу призрак Башмачкина? Переписывались ли собачки? Приснился ли Нос? Правильные ответы на эти вопросы начинаются со слов «Ну как вам сказать…» Так всегда и у Носова. Почему не допустить, что глобальные события, о которых мы читаем в новостной ленте, создает немолодой псих с дурным запахом, а наше прошлое поглощает другой псих, который от этой невкусной пищи непрерывно блюет? А луну делает хромой бочар в Гамбурге. Если не верите – никто не настаивает.

Ключевые слова у Носова – «может быть», «между», «почти». Главные события, может быть, произошли. Все в романе, до мельчайших деталей, втиснуто в промежуток между обыкновенным и чудесным. К любому определению и почти к любому существительному можно смело прибавлять «почти», причем так обстоит дело не только здесь. В романах Носова действуют почти современные почти художники. Почти детский почти поэт. Почти ясновидящий почти иллюзионист. Почти маленький человек.

Эта авторская позиция (в уголке между «почти было» и «почти не было») дает возможность развить три темы.

Первая –– неверифицируемость мысли, жизни, искусства. Сама способность Капитонова — угадывать задуманные числа — в принципе не проверяема, даже если тысячи людей подтвердили бы, что Капитонов угадывал правильно. Убил ли Капитонов Водоемова? –– Любой ответ будет нечем подтвердить. Правда ли то, что написано в (этом) романе? – Не правда, не ложь, а высказывание, не поддающееся верификации, то есть квинтэссенция литературы.

Вторая тема – «мы придуманы другими». Участникам конгресса иллюзионистов раздают книгу С. Носова «Тайная история петербургских памятников», показывают спектакль по пьесе С. Носова «Чудо, что я», – в общем, внимательный иллюзионист смог бы догадаться, кто его придумал. Правда, демиург останется тоже всего лишь неподтвержденной гипотезой.

«Чудо, что я» задает третью тему – случайности. Везде, где можно, подчеркивается случайность и невероятность рождения, встречи, любого события. «С точки зрения теории вероятности» все есть чудо (и потому нет, скажем, особенного чуда в угадывании цифр, хоть тысячу раз подряд). У Носова на каждой странице случаются случаи и оказываются казусы, только следи (и главное чудо состоит в том, что все это выглядит правдоподобно). При этом (неподтвержденная) гипотеза случайного мироустройства уравновешивается столь же зыбкой гипотезой о демиурге (которая тянет за собой детерминизм, каузальность и т. д.).

И т. д.

Я могу еще долго анализировать роман, но в этом сейчас, наверное, нет необходимости. Это сделают в будущем компетентные литературоведы, а пока надо просто признать, что лучше, глубже, парадоксальней Носова у нас никто не пишет, и дать, наконец, С. А. премию, которую он давно заслужил.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу