Александр Етоев

Муравьиный царь

Сухбат Афлатуни
Муравьиный царь

Другие книги автора

Сухбат Афлатуни "Муравьиный царь"

Во-первых, меня всегда интересовало и удивляло умение писателя-мужчины писать от лица женщины. Как это у него получается, у мужика-то? То есть был, конечно, Флобер с «госпожей Бовари - это я», был кто-то ещё, много было такого (или немного?). И всё равно непонятно. Это вроде как баба с яйцами. Или мужик без.

Другое дело, когда описываешь историю женской жизни. Здесь ты пишешь как бы не от себя, ты человек сторонний, переживаешь, мучаешься её трудами, но всё равно стоишь в стороне, как бы на перекуре, пока она там мутузится, мучается, рожает, стонет.

Войти в образ девушки, а потом, естественно, женщины, как это у Афлатуни, - за это жму по-товарищески руку писателю.

Эта книга не просто проза, это очень классная проза. Без каких-либо интеллигентских занудств, всех этих уходов в собственное ничтожество, в сопли, в свой иссморканный сопливый платок.

Это просто жизнь, как она есть, - когда живая и неживая, когда повеситься хочется или вылезти из петли.

В книге много славных словесных штучек, ради которых любишь литературу за то, что она есть, за то, что есть такие писатели (Афлатуни), которые тебя не отчуждают от чтения, которые тебе говорят: «Читай».

Творческий инструмент писателя Афлатуни - это минимум средств и точность. Точность образа, точность формулировки, подробность точная и уместная именно в нужной фразе и запоминающаяся своей нужностью и отточенностью.

«И плакал об этом, когда дождь.

Я тоже захотела так. Встала рядом. Не получилось. По лицу только капли дождя, слизывала их. Надо будет попробовать, когда накоплю. Так плакать гораздо интересней. Дождь перестал. Мы спрятались в ванной и вытирались полотенцем с красными рыбками».

Вот это полотенце с красными рыбками, вроде бы и ненужное, вроде бы и лишнее в заданной ситуации, решает для читателя (умного читателя!) всё. Тем более, что аквариумные рыбки – символ (один из многих в романе), значимый и необходимый.

Трагедию нужно писать легко. Без лишних, натужных слов, без слёз, без заламывания конечностей, без рыданий и без истерик. Если героиня рыдает и клянет свою паскудную жизнь, то это уже лубок и театр Карабаса Барабаса. Говно то есть, госпожа Чарская, болотный театр с режиссурой режиссера Навального. Ну, который навалил короб, а заставили убирать, так он сразу, мол, фу, не я. И кричал при этом с трибуны что-то заздравно-унылое. Трибун, понимаешь, хренов!

Книга Афлатуни - трагедия.

Можно написать лучше, можно написать хуже, но таким голосом, как у Афлатуни, написать, думаю, трудно.

Это я про первую часть, идеальную, с моей точки зрения.

Далее начинается разнобой.

Возможно, оправданный разнобой.

Намеренно ли вторая часть книги так резко контрастирует с первой своей подчёркнутой квазисказочностью? Ведь сказка была и в первой части, но там это действительно была сказка, история про принцессу-«вампиру»… ох как хочется процитировать эту историю целиком, я бы четыре последних своих зуба отдал на съедение за то, чтобы автор подарил мне этот рассказ, перед тем как его напечатать (слава богу, пока еще, вроде бы, не напечатал), но я знаю, авторы жадные, они тебя засудят за что угодно, даже за размер тех трусов, которые ты надел на героя, не посмотрев, что этот размер трусов соответствует размеру трусов героя книги Улицкой, или Акунина, или кого иного.

Итак, часть вторая. «Муравьиный царь». В принципе, это Тарантино, «От заката до рассвета», но в лёгкой форме. Если первая – малая часть - чисто реалистическая, то вторая – большая – чисто сюрреалистическая. Люди-лисы, люди-колобки (кстати, этот сюжет из Проппа перекочёвывыает из книги в книгу, и это опасная тенденция).

Во-первых (или я уже говорил «во-первых»?), присутствует явное заимствование: раз, братья Стругацкие, «Гадкие лебеди». Геронты у Афлатуни явно перекочевали из мира дождя Стругацких. Я забыл, как назывались люди-мутанты из «Лебедей», но там это весомо, грубо, зримо. Во-вторых, мой любимый Евгений Шварц. «Сказка о потерянном времени». Там ведь тоже питаются временем, отнятым у всяких раззяв.

Афлатуни написал отличную книжку.

Все мои охи, ахи и весь этот мой пердёж, товарищ дорогой, Афлатуни, близко не принимайте к сердцу.

Хотя, кроме обозначенных выше, претензии, конечно, имеются.

Блин, открытый финал!!!

Ну, уснул Михалыч при горящих свечах в машине, а свечей-то всего пятнадцать! Зимняя ночь длинная, свечи церковные прогорят, и что потом с Михалычем будет? Умрёт он по предсказанию матери? Станет ли муравьиным царем? Вернется в семью ли? А дочь его, которая из дома ушла, с ней-то что будет, с родной кровиночкой?

Вопросы… А где ответы?..

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу