Сезон 2017 года завершен

новый сезон стартует в январе 2018

Артем Фаустов

О нем и о бабочках

Дмитрий Липскеров
О нем и о бабочках

Другие книги автора

Дмитрий Липскеров "О нем и о бабочках"

В ту ночь литератор Дмитрий Михайлович Липскеров спал неспокойно. Мутные, тревожные грёзы душили его непросыпающееся тело, заставляя метаться на кровати. Но, как это иногда, в исключительных случаях, бывает, перед самым пробуждением словно переключился некий невидимый тумблер, ум Дмитрия Михайловича вдруг просветлел, и он увидел кристально ясный, разборчивый до последней детали, ровный и успокаивающий сон. Стройные события сна этого протекли через мозг литератора, или сам он вошел в тот поток и отдался освежающим золотистым струям. Сновидение как будто был про него самого, но в то же время настолько невероятное, что он смотрел его со стороны, как фильм. И там, во сне, Дмитрий Михайлович отчетливо понял: это настоящее озарение. И открыл глаза.

Первое, чего захотелось – света, воздуха. Дмитрий Михайлович вскочил,  в два прыжка оказался у окна и раздернул шторы. Снаружи неспешно пролетал шестнадцатый год 21-го века. Ветер поднимал московскую пыль выше макушек тополей, а внизу сосед по подъезду выгуливал свою собаку. Левая задняя лапа у собаки отсутствовала, вместо нее стоял дорогой бионический протез. Секунда за секундой подробности чудесного сновидения отчетливо всплывали в памяти.

«Всё помню, это очень хорошо» – Дмитрий Михайлович шумно выдохнул и взялся за телефон. Нужно было срочно звонить агенту. 

- Алло, это я. Короче, мне только что приснился сюжет нового романа. Это будет бестселлер, точно.

- Выкладывайте, Дмитрий Михайлович.

- В общем, живет мужик такой. Он успешный, богатый, можно сказать. И однажды он просыпается, а его хер убежал.

- Убежал?

- Ну да, он как будто такой отдельный как человек, в общем, свалил от того мужика. А у него только ровное место между ног осталось.

- Как у Гоголя?

Дмитрий Михайлович замолчал на несколько долгих секунд. Было слышно, как в квартире сверху кто-то шумно уронил на пол тяжелый предмет.

- В смысле как у Гоголя? – наконец медленно выговорил Дмитрий Михайлович.

- Ну, не у самого Гоголя. В книге у него то же самое было. Только с носом.

- Аааааа… ну нос это совсем другое. Гоголь же не мог тогда в своё время про хер написать. У меня будет все современно, смелее гораздо. В наше время. И герой представительный, и женщина у него очень красивая. И в общем. Еще все в такой манере будет написано как бы иронически. Ну, над нашей всей жизнью российской. Он к врачу идёт, а тот долго тупит, а потом выясняется, что они в девяностых всякими делами занимались, только он отсидел, а доктор нет. А еще сбежавший хер трахает 13-летнюю школьницу, и она даже от него беременеет. Нет, ну короче, это точно будет не как Гоголь, потому что ну там же текст классический, а у меня со стёбом как бы таким тонким. Ну как у меня обычно, чего я объясняю-то?

Теперь долго молчал агент. Дмитрий Михайлович слышал в трубке слегка неровное, как будто поспевающее за кем-то дыхание.

- Нууууу, - набираясь уверенности, протянул голос, - вообще тема интересная. Я думаю, АСТ возьмет. 

- А что они не возьмут-то? Даже исправлять ничего не станут! Я ж Липскеров. Тем более идея классная, никто такого не писал еще. Короче, можно закидывать удочку и говорить об авансе. Всё, пока!

Дмитрий Михайлович присел на минуту, не одеваясь,  сложил руки на коленях, наклонился телом вперед, обвел блуждающим взглядом пространство и сразу придумал, о чем будет первая глава книги.  С чувством удовлетворения литератор встал с кровати и направился наконец помочиться. По привычке закрыл на крючок дверь уборной, хотя был дома совсем один. Через секунду из-за двери раздался его резкий, болезненный крик, полный неподдельного ужаса. Потом снова. И еще раз, переходя в хриплое рыдание.

За окном собака с протезом  остановилась у тополя, задрала лапу, не удержала равновесие и как-то некрасиво, словно в замедленном воспроизведении упала на влажную после ночного дождя почву.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу