Сезон 2017 года завершен

новый сезон стартует в январе 2018

Марина Кронидова

Непереводимая игра слов

Александр Гаррос
Непереводимая игра слов

Другие книги автора

Добрый элиен с астероида В-612

Сейчас эту рецензию тяжело писать, сейчас, когда, несмотря на все некрологи, не можешь поверить в эту смерть и продолжаешь в душе диалог с живым автором книги - Александром Гарросом. 

Теперь, спустя всего несколько дней, нужно переосмыслить текст по-другому, найти в нем не то, чтобы иные смыслы - нет, но найти другой подход: к книге как к человеку. Нет, не как к завещанию, хотя и это в ней тоже намеком присутствует в самой последней главе, но жажда жизни чувствуется сильнее. 

Специфика книги в том, что это сборник статей для ведущих глянцевых изданий ("Сноб", "Вокруг света" и др.). Портреты представителей успешной интеллигенции: режиссеров, писателей, артистов, музыкантов; и лёгкие изящные зарисовки (эссе  «Красный Кокаин» о домашнем любимце-пуделе; очерк о латвийском паспорте), "отчеты" о творческих командировках русских писателей, мысли о русской литературе и её тернистых путях к успеху в мире.

В чем же секрет и красота единства этих столь разных текстов, помимо таланта автора писать увлекательно, живо, создавать ткань времени, и в коротком абзаце, как в акварели, наполнить воздухом пространство.

Несомненный дар не только рассказчика, но редкое по нашим временам умение разговорить собеседника так, чтоб он раскрылся. Гламур гламуром, но не всегда открывшийся собеседник может оказаться приятным за забралом, а даже и омерзительным, как злобно-маниакальный русофоб Шишкин, или суетно-тщеславным, как вечный вундеркинд Полозкова.

Можно назвать эти интервью беседами - подзабытый литературой жанр, перекочевавший в телевидение, мутировавший в уродливую форму ток-шоу, где никто не то, что правды-истины сказать не может, но даже элементарную искренность проявить не сумеет. Бывают и темы интересные, и люди умные и замечательные попадаются, а все равно дрянь какая-то на экране получается.

Уметь "раскрыть" собеседника, не прибегая к иезуитским вопросам, без всяких интеллектуальных каверз и провокаций, не раздражая человека, пока он не проговорится,, а дать ему возможность быть самим собой в своём мире, и при этом вовсе не тушуясь и не прячась за безликими вопросами - поистине особый дар. 

Гаррос вовсе не стоит в тени, хотя он всегда находится на некоторой дистанции, мы слышим интонацию, иногда легкую иронию, иногда едва уловимое сомнение, везде звучит его живой голос за кадром: порой не согласный с героями, по-своему их мнение интерпретирующий. 

Словом, это портрет в портрете, во всех текстах мы видим присутствие художника, фиксирующего все, но чувствующего, думающего. Он такой же полноправный герой, участник событий своей книги, как Веласкес, вписавший себя  в заказной портрет королевской семьи – полноправный персонаж «Менин».

Автор беседовал с персонажами не с целью представить их героями своего времени, а скорее, пусть даже и в текстах, предназначенных для буржуазной публики, искал в них, прежде всего, человеческие качества, позволившие добиться успеха, а не только талант, стечение обстоятельств, везение. Но как, ни странно, нашёл одну черту, объединяющую столь разных людей, сам он назвал её "комплексом Бога". И речь идёт не об Искре божьей вовсе, а, скорее, «медицинском» диагнозе. Почти все они устроились в своих нишах-утопиях, построенных ими самими мирах, в которых им не просто комфортно пребывать, но в которых они ощущают себя Творцами. Семейный хутор Прилепина, «Мельница» - творческая коммуна Полунина, барское поместье Радзинского в Ницце, остров Кантора – крепость «призрака коммунизма», руинированный донжон «дома Павлова» в съемочном королевстве Роднянского, ленфильмовский павильон, в котором Герману все труднее быть богом. А музыканты и вовсе обитают  в небесных сферах. 

Но есть и ещё одна особенность взгляда автора, теперь она кажется очевидной. Гаррос не раз подшучивает в книге, и даже отдельную главку посвящает своему статусу «человека отовсюду»: элиену, по латвийскому паспорту. И приходит в голову, что он - и взаправду инопланетянин, с особой миссией прибывший на Землю: изучить человечество, не нанося ему вреда. Отсюда – незамутненный, искренний интерес вкупе с лёгкой дистанцированностью исследователя, деликатное отношение к людям, наблюдательность к деталям и умение улавливать сущность собеседника через экран слов.

В этом путешествии-познании сквозит нечто щемящее и знакомое, и я вспомнила, что это - история Маленького принца в его путешествии по  космосу и земле.

P.S.  

Но кто же был тот «связной», «похожий, как близнец, на поэта Евтушенко», который повстречался автору и Красному Кокаину на прогулке у Адмиралтейства, и который должен «прийти снова»?

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу