Российская национальная премия

"Национальный бестселлер" - 2017

14.04.2017s

Опубликован Короткий список и состав Малого жюри

Подробнее

Ежегодная общероссийская литературная премия. Вручается в Санкт-Петербурге за лучшее, по мнению жюри премии, прозаическое произведение,
написанное на русском языке в течение календарного года.

Сергей Морозов

Кто знает, о чем думает Амалия?

Константин Сперанский
Кто знает, о чем думает Амалия?

Другие книги автора

Константин Сперанский «Кто знает, о чем думает Амалия?»

Не буду ходить вокруг да около, скажу сразу: я так и не понял, что это. На роман не похоже, на дневник не тянет. Поел-попил, сходил туда, поговорил с тем, переспал с этой. Это не литература. Просто стенографический отчет о произошедших событиях. А если учесть, что под одной обложкой скрывается два абсолютно не связанных между собой фрагмента, то вопросов становится еще больше. «Кто знает, о чем думает Амалия?» - это одно целое в двух частях или два разных текста? Герой и в той, и в другой части – одно и то же лицо или перед нами разные люди? Я опять-таки не понял. Но, честно говоря, не слишком  огорчился. Стоит ли разбираться? Есть хоть какой-то смысл и замысел в тексте? 

Первый фрагмент, наверное, должен был быть чем-то вроде повести о первой любви. Но психологическая составляющая остается за кадром и кроме общего ощущения, что тематически он должен быть об иррациональном, непонятном чувстве к некоей А. (Амалии?), больше ничего не остается. Настоящее ли это чувство, или так, тяга и привычка к одному телу, а не к другому, в чем оно выражается, насколько трогает героя, мы так никогда и не узнаем, потому что любовь остается, по сути, чем-то неосознанным, нераскрытым, неясным как для него самого, так и для автора. 

Мы не только не узнаем, что там себе думает А., чье имя, видимо, вынесено в заглавие, сам герой остается для нас чем-то блеклым и невыразительным. Мы  можем сказать о том, чем он занимается, какие фильмы смотрит, какие книги читает, в  каком круге вращается, как проводит свой досуг и чем занимается на работе. Но все это ничего не говорит о герое по существу. Перед нами просто манекен с определенными характеристиками. Рассматривать его как реальное лицо, пишущее что-то вроде дневника, также нет возможности. Для романа он слишком плохо обрисован, для дневника он недостаточно убедителен, искренен, фактографичен, у него слишком много оглядки на зрителя.

В «Кто знает, о чем думает Амалия?» нет литературы как таковой. Второй фрагмент книги это только подтверждает. Если в первой части еще можно было догадываться хоть о какой-то тематике, то здесь она вообще не задана. Это невнятный и бессвязный эпизод из жизни, необработанная груда материала, возможно биографического характера, представляющего интерес для психолога или социолога, но не для критика и читателя. Данный факт сам по себе лучше всего говорит о несостоятельности текста Сперанского. В нем нечего разбирать и анализировать, там не с чем спорить и соглашаться, в нем нет идей, он не вызывает никаких эмоций. Какие-то слова, некая информация о мальчике Косте, который поступает на филологический, а на деле просто болтается с приятелями. Вот и все что можно сказать.

Единственный позитивный момент текста Сперанского – он дает повод поговорить о том, что такое литература, где она кончается, а где начинается.

Сейчас модно говорить о документальной прозе, автобиографизме, блогерском начале в прозе. Но и то, и другое, и третье требует определенного напряжения сил, мастерства, искусности, какой-то затейливости. Все это сделанные, рационально простроенные тексты. Сесть и просто накидать слов, напрямую набирая впечатления из собственной не слишком яркой жизни – это еще не значит написать книгу.

Да, писать как Толстой в наше время нельзя, но это утверждение столь же очевидно как «Лошади едят овес». Отказ от старой формы не означает того, что вместе с ней следует отбросить и всякое содержание.

Индивидуальный опыт и простое эмпирическое описание событий особого интереса для читателя не представляет. Не знаю, кому бы могло понадобиться читать бесконечные «я пошел», «она поехала», и кто бы за это еще стал платить. В книге должны быть живые люди, значимые события. В книге должно что-то происходить. Не в смысле пространственного перемещения, процессов поглощения пищи и половых актов, а в смысле движения и развития характеров, изменения действительности. Пустота и серость мира, запечатленные в тексте, должны быть результатом приложения творческих усилий, а не свидетельством блеклости и бедности восприятия самого автора. Книга требует от автора определенной зрелости, жизненного опыта. В «Кто знает, о чем думает Амалия?» этого не чувствуется. Текст словно написан подростком-переростком, решившим выгрузить на бумагу все, что успел запомнить. Но от подростковой прозы ждешь хотя бы искренности, свежести. Здесь же все затхло, тускло и безэмоционально. 

Но, главное, нет повода для высказывания. Автор явно взялся не за свою тему, написал не то, что ему по-настоящему хочется.

В представлении текста сказано, что Сперанский исполняет рэп. Раз так, то отчего бы не последовать старому доброму совету, не сделать книгу о том, что тебе действительно интересно. Почему бы не рассказать историю молодого рэппера? В этом было бы больше правды, смысла и новизны, чем в повторении литературных штампов циничной прозы более чем полувековой давности.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу