Марина Кронидова

Секретное море

Максим Матковский
Секретное море

Другие книги автора

МАРИНА КРОНИДОВА О МАКСИМЕ МАТКОВСКОМ

Книжку Матковского я пыталась начать раза три и в ужасе закрывала, первые впечатления: совсем не умеет писать, или опять псевдоконцептуальный литстеб, или просто чернушный морок. На четвёртый раз, переселив себя, вернулась к тексту, и он меня поглотил, вернее я его - одним махом. Наверное, потому что это оказалось чёрной сказкой, да, признаюсь, люблю хорошие сказки, а это - мимикрирующие под детские страшилки, унавоженные притчами как бы из сектантских брошюрок (в тексте фигурирует "Пирог с печалью") - истории о людях "на дне". О конченных безнадегах, живущих в общаге"швейной фабрики, которую давным-давно закрыли,, у которых сказки на ночь заканчиваются словами: "Ты завтра проснёшься, и тебе станет ещё хуже. А потом ещё хуже. Жизнь это сплошные страдания". О людях, которые готовы на все, чтобы починить себя, свои сломанные жизни, поверить во что угодно, лишь бы вырваться из унылья горестной рутины. Но, смутно помня что-то хорошее из детства- юности, они ещё способны учуять запахи "секретного" моря своей мечты. Хотя: "Какое к черту море... Здесь только бетонные коробки, наркоманы, пьяницы, воры, шприцы и грязное воронье кружит над дохлыми крысами" (любимыми игрушками местных детишек). Но, если дети в трупах животных способны видеть плюшевых зверят, то взрослые видят себя мусором: "отец засунул левую ногу в мусорное ведро и просил: “Сынок, вынеси меня, пожалуйста”". 

В этом доме, где уже давно разбились все сердца, иногда кто-то играет на пианино чудесную музыку, но жители "боялись признаться, что музыка нравится им, и поэтому говорили: Какая то сволочь шумит! Вот бы найти и набить морду. Пианист - хуже снайпера". В этот дом порыв ветра может принести обрывок страницы трактата о «асёбасэ котоба», «понятии из японского языка, обозначающем особый оборот благородной, вежливой речи, буквально переводящемся как “язык игры”» - с чего бы это? (может с того, что автор востоковед) - чтобы дать лишний повод героям порассуждать о бренности жизни и тут же снизить пафос поэтики смачным, длинным анекдотом. Не часто встретишь книгу, где высокое и низкое перемалывается в некий новый жанр.

Кто же герои этого былинного интеллектуального гранжа, обитатели кошмарной общаги: отупевшие от горя супруги Александр и Оксана, (их дочь насмерть сбивает бумер, вылетевший где-то на второй странице), Николай ( память которого, как ластиком, стёрло ещё в детстве на уроке рисования), Алексей (первым окунувшим ноги, в несуществующее море) и его тени-родители, душегуб Леонид (днём - сосед, а ночью - мужик с дубиной), вечно бухая Вера-мазохистка, страсть всех мужиков, ханурь-бульдозерист (он же тайный пианист), обвальщик мяса, скромный учитель истории, незнакомец, приезжие, пока ещё лучезарные молодожены Витя и Маша, но уже угодившие в ловушку, как Гензель и Гретель. А ещё - таинственный имманентный чемодан-самоход и Старуха с огромным как туча зонтом. О ней много ходило слухов, заходившие к ней люди, уходили с подарком, но без мизинца, и никогда уже не были собой.

Глаза обитателей напоминали "грязные миски для собачей похлебки", "поплавки в тухлых лужах на ярмарке бессилия", "затравленные глаза сома", тела некоторых напоминали "пятнистого слизняка", родители думали, что их детей похитили, подменили, а дети, что родители - живые трупы.

А ведь в начале все соседи казались хорошими людьми, "способными на все: "выиграть войну... Олимпиаду, ...собрать добрый урожай кукурузы». Их "длинноволосые беременные девушки пахли соснами и космосом", "а за окном медленно кружились снега крупные хлопья, и было так уютно, и так тепло и приятно смотреть на соседнюю хрущевку, где тоже жили счастливые люди". 

Что же случилось с ними, вопрошают эти бедолаги, за что, и что за неведомая сила высасывает их, оставляя чёрные дыры-норы в душах. Где и когда они вляпались во вселенский морок, или он поселился в них? И справятся ли охотники на ведьм с этой напастью. Но не стоит открывать сразу все секреты. Также, наверное, не стоит искать глубинные скрытые смыслы, достаточно убедиться, явится ли персонажам "в конце тоннеля" море. Или это только"возможность" моря. Стоит вернуться к языку книги, Вполне себе русскому, хотя автор явно испытывает неприязнь или недоверие к кириллице, то лесом, то частоколом её называет. Вот и блукает сюжет в духе рекурсивного сна в стилистической чащобе.

Местами поэтический абсурд текста по накалу приближается к Ричарду Бротигану, оттуда же и жанровые игры. Метафорические сравнения напрямую отсылают к книге "Ловля форели в Америки", увы, идея описания глаз почерпнута оттуда: "глаза похожи на шнурки, натянутые на раму клавесина". Но, отметив это обстоятельство, ругать Матковского не хочется. Не то, чтобы смело, но лихо, хотя и кривовато, склепанный из детских страшилок, роман с легким флером хипстерской философичности вполне имеет право на борьбу и даже по-своему хорош.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу