Марина Каменева

Непереводимая игра слов

Александр Гаррос
Непереводимая игра слов

Другие книги автора

«Непереводимая игра слов»

Из аннотации к книге: «Его заметки представляют собой не стилистические экзерсисы…, а точные, скупые зарисовки исторических эпизодов и литературных нравов, или увлекательные разговоры с неоднозначными людьми, или репортажи из Европы, про которую он, со своим рижским опытом, знает много плохого и хорошего… Его эссе – это не записки у изголовья от нечего делать, а приключения мысли».

Собственно говоря, после этих слов Дмитрия Быкова о Гарросе, добавить нечего. Все так и есть. После прочтения определенного количества книг, закономерно, как кажется, возник вопрос – а, собственно, каким образом некоторые авторы вообще были номинированы на премию «Нацбеста»?

Спасибо автору – он помог.

«Ну да, я всерьез задавался, скажем, вопросом, почему русские писатели – вроде бы часть глобального мира со своим уникальным опытом? – не пишут больше мировых бестселлеров и что с этим делать; а теперь понятно, что делать с этим ничего не надо – теперь русские писатели, как и вообще русские, уже не вполне часть глобального мира, и именно поэтому они напишут мировые бестселлеры, – скоро, скоро, вот только сначала придется до конца пройти по той тропке через трясину, на которую мы свернули. Получить еще немного уникального опыта.
И так далее.
Но все-таки – пусть уж тут просто будет, что было. Как было. Как есть».

К сожалению, о мировых бестселлерах, как правильно заметил автор, говорить, увы, не приходится.

Что же касается «Нацбеста» - увы, тоже.

Книга написана прекрасно. Вероятно не для широкого круга читателей, но кто прочтет «Непереводимую игру слов», откроет для себя автора, чьи последующие работы будут с нетерпением ожидаемы.

Тем более, что автор: «А теперь я сижу один в палате № 16 клиники Шарите… И думаю: о чем бы я мог попросить мою Пищеводную Фею, если бы я в нее верил – точнее, верил бы, знал, как моя дочь, что и впрямь есть обладающий широкими возможностями Некто, готовый выполнить эти вот фейные обязанности?
Попросил бы, конечно, чтобы увидеть, как вырастет не только одиннадцатилетний Барсук, но и брат ее Пингвин, Лев, стало быть, Саныч, которому всего-то восемь месяцев. Чтобы, глядишь, уже и внуки там какие- нибудь…

… И – обещал же – одну уже совсем додуманную книжку. И другую, еще не совсем додуманную. И третью, о которой пока вообще ноль представления. И еще побывать в куче мест, где всегда очень хотелось, но так и не довелось пока – хотя мог ведь, конечно, мог… И да, еще обязательно…».

А мы будем ждать – «и одну уже совсем додуманную книжку», и «другую, еще не совсем додуманную», и «третью, о которой пока вообще ноль представления».

До встречи.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу