Сергей Коровин

Счастье

Наталья Ключарева
Счастье

Другие книги автора

Счастье

Аннотациям верить нельзя, то есть, если там написано «роман», то можно запросто получить очерк, или написано «молодой» автор, то можешь быть уверен, что этот автор катает в коляске внуков. Вот и в этом случае написано одно, а на самом деле выходит что-то совершенно несуразное, ни на какие «звенящие колокольчики» не похожее. Нет, в начале-то там полно всякой романтической бижутерии, свойственной пустоголовой юности, и всяких деклараций бездонных пропастей внутренней жизни, связанных, возможно, то ли с первыми месячными, то ли с первыми задержками месячных, но, осмотревшись по сторонам, читатель начинает подозревать, что его или попросту дурачат, или у автора куриные мозги, то есть, это когда мысль помещается в его голову всего одна, как карандаш в ухо, и при попытке затолкать туда следующий, первый вываливается с другой стороны, - ухо вам не пизда, у которой всего одна сторона, - в нее сколько ни толкай, все поместится и еще столько же. Первая идея прослеживается как романтические сопли про удивительно тонкую во всех отношениях девочку и какого-то тоненького, где ни померь, мужчинку, напряженно размышляющего о чем-то неопределенном, и их счастливой встрече. Но потом эта идея, вследствие своей малосостоятельности и тривиальности, вываливается, уступая место другой, показавшейся менее тривиальной, мы получаем в героини не малолетнюю дроченьку, какую-то замурзанную мать-одиночку, приходящуюся первой старшей сестрой, но не кровной, а какой-то другой. Приводится мутная история какого-то семейства, откуда они все происходят, но ничего вы не поймете, вам это нужно объяснять, короче, родителей у них почему-то не было. Откуда у этой матери-одиночки дети мы тоже не узнаем, но смутный намек сквозит в ее признании: «Я чувствую родство со всеми бездомными животными, со всеми незнакомыми людьми, особенно после первой стопки», очевидно пару раз неудачно выпила, отсюда и двое детей! И имеет неодолимое желание держаться от них, от отцов, как можно дальше. Наверно, «я хотела открыть ему светлые дали, а он пленился одной лишь плотью» и так два раза. Она тут недолго маячит, а потом отправляет в Париж с каким-то клоуном. А тут опять, чтобы не так тошнило, приходит новая идея. В ухо заталкивается очередной карандаш – первый не выбросили. Романтичная парочка тем временем, живущая, очевидно, в девстве и целомудрии, с боем усыновляет какую-то ничейную Катю, - страшные сцены бюрократизма и прочие язвы российской реальности. Но это тоже как-то мелковато, нужно что-нибудь на злобу дня. Извольте: вернувшись старшая немедленно окунается общественную жизнь и, встретившись со старой-престарой блядью Идой Моисеевной – профессиональной диссиденткой, оказывается каталажке по обвинению каких-то ужасных преступлениях, хотя они только тусовались в лесу, выражая протест относительно его вырубания – совершенно невинная акция даже не в общественных местах, но тем не менее, без настоящего наставника и в тюрьму не попадешь в этой идиотской стране. Уже на суде вдруг появляется тот самый парижский клоун-любовник и признается ей в любви.

Мораль сей басни такова: в России жить нормальным людям совершенно невозможно, - тут все ужасно, тоталитарно, грубо, грязно, кругом быдло, особенно при нынешней власти. Которая намеренно разлучает влюбленных, сажает в тюрьму невинных и не дает им там прокладок, которые им правда совершенно без надобности потому, что они беременны в третий раз, но тут дело не в этом, а в принципе.

И что в итоге? В итоге мы никаких баллов данному опусу не дадим потому, что это какая-то несуразица, написанная как попало задней ногой, и никакого отношения к литературе не имеющая. Может автор и вправду молодой, о чем свидетельствует крайняя наивность текста, но у автора видно был какой-то наставник типа Иды Моисеевны, - ни одна дура до таких глупостей сама не додумается.

Но дело ее не безнадежное, - обязательно найдутся какие-нибудь московские пидорасы вроде Троицкого, и станет эта лажа национальным бестселлером.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу