Роман Сенчин

Тень Мазепы

Сергей Беляков
Тень Мазепы

Другие книги автора

Сергей Беляков «Тень Мазепы»

«Титанический труд» употребляется в последнее время зачастую в ироническом смысле. Но в отношении книги Сергея Белякова «Тень Мазепы» я без всякой иронии утверждаю, что это труд поистине титанический. Не знаю, сколько лет на него потратил автор, но вышел в свет он как нельзя вовремя. Очень многое, скрытое, вроде бы прочно забытое в советское время, когда уж РСФСР и УССР казались по-настоящему одной территорией, одним народом, по некоему историческому недоразумению когда-то оказавшиеся на несколько веков разделенными, проявилось в конце 80-х и продолжает разрастаться уже кровавым озером сегодня… Большинство людей, по крайней мере в России, в недоумении. «Тень Мазепы» способна это недоумение перевести в осмысление.

В отношении этой книги тянет рассуждать на исторические, геополитические, философские, этнографические, даже кулинарные темы. Но я не вижу в себе силы и знаний, чтобы в эти рассуждения погрузиться. Тем более спорить с автором, хотя в некоторых вопросах я чувствую – именно чувствую – несогласие.

Поэтому остановлюсь на книге как на продукте, уникальном, ценном продукте нашей литературе. Но, как и всё уникальное и ценное, неоднозначном. (Неоднозначна, как известно, даже «Курочка Ряба».)

Сергей Беляков – историк, литературовед и критик. Время от времени он склоняется то к одному, то к другому, то к третьему. И если его первая книга, выросшая, как я понимаю, из кандидатской диссертации, «Усташи: между фашизмом и этническим национализмом» (2009) интересна по фактологии, теме, но скучна по изложению, то следующая, «Гумилев сын Гумилева» (2012), уже ко всему прочему и интересно написана.

«Тень Мазепы» написана превосходно – семьсот с гаком страниц читаются поистине на одном дыхании, как увлекательный и умный роман. У книги есть подзаголовок «Украинская нация в эпоху Гоголя». С одной стороны, автор поскромничал. Он стал копать из глубины, по крайней мере с конца XII века, когда в Ипатьевской летописи появилось «Украина», правда, без точного определения значения этого слова… Важно, что термин «Малая Русь» возник в Греции в XIV веке, когда была образована новая митрополия в Галицко-Волынских землях. Митрополию эту вскоре упразднили, а «Малая Русь» осталась, превратившись в «Малороссию», которую местные жители понимали как уничижающее их наименование по отношению к Великороссии… (Всё это передаю, конечно, упрощенно, «вульгарно» - конгениальной хорошему оригиналу рецензия бывает крайне редко.)

С другой стороны, показать «украинскую нацию» автору, по-моему, при всех усилиях так и не удалось. По крайней мере, нацию в том значении, к какому привыкли. Впрочем, по этому моменту его книги уже возникли ученые полемики, в которых принимает участие и сам Сергей Беляков. Не буду соваться в эту тонкую материю со своим рылом…

Повествование построено не в хронологическом порядке, а разбито на тематические части, которые в итоге (нет, не совсем в итоге) создают настоящую энциклопедию малороссийской жизни. Поразительно, что всё это собрал, систематизировал и попытался осмыслить человек нашей – твиттер – эпохи. Но ключевыми являются две части. Где о гетмане Мазепе и его тени и о Гоголе. И если о Гоголе, которого автор рассматривает то как русофоба, любившего при этом русский язык, то как фаната России и ее величия, «необоримой силы», которая в то же время внушает Гоголю ужас (на примере последних строк первого тома «Мертвых душ»), написано, быть может, если и не исчерпывающе, то убедительно (хотя жирной точки в этом вопросе автор не ставит), то часть о Мазепе показалась мне слабой. Впрочем, эта слабость – не слабость автора-исследователя. Здесь нечто другое…

Недаром Мазепа стал одной из самых популярных фигур художественной литературы и не только (Сергей Беляков подробно перечисляет произведения, посвященные этому историческому персонажу). Его действия, ярчайшим из которых стало предательство, очень сложно объяснить. Предательство так и вовсе видится чем-то иррациональным, самоубийственным.

Документов, способных помочь нам понять этот поступок, почти не осталось, да их наверняка и не было, а поэтические крылья у автора то ли отсутствуют, то ли плотно сложены на спине, спрятаны… Вообще автора – а вернее повествователя – в книге почти нет. К сожалению. Несколько раз он вроде бы появляется – «автору доводилось слышать…» - и тут же укрывается за документами, датами, цитатами. Но, например, чем сильны документальные книги Леонида Юзефовича, чем так подкупила очень и очень многих «Зимняя дорога»? По-моему, фигурой автора-повествователя, который пытается разобраться в ничтожном вроде бы эпизоде Гражданской войны, понять второстепенных ее участников Пепеляева, Строда… Ни в коем случае не хочу давать советы, но насколько бы расцвела книга Белякова, если бы он сам в ней присутствовал и не стеснялся бы рассказывать, как искал материал для нее, признаваться, что то-то или то-то не в состоянии понять, объяснить...

Мазепа, а скорее его тень, которая появилась десятилетия, а скорее столетие спустя после смерти самого гетмана, действительно очень сильно повлияла на отношение украинцев к России. Уточню – на часть украинцев, которые видели в Мазепе (по преданиям о нем, по написанным за него «речам») строителя украинской государственности. И никакие доказательства обратного, включая историка-украинофила (опять же упрощаю, простите) Костомарова, не могли этого поколебать… (Много позже тень Мазепы потеснит тень – опять же тень – Бандеры, о котором в книге Белякова, замечу, нет ни слова; впрочем, каждый народ, придавленный другими народами, видимо, нуждается в таких тенях, - в моей родной Туве (Республика Тыва в составе России) очень густа тень Субедея, соратника Чингисхана и Батыя, которому в столице республики даже установлен памятник из металла желтого цвета).

Да, тень Мазепы несомненно была и есть, но последнее предложение огромной книги меня все-таки покоробило. Предложение эффектно, спору нет, но слишком просто, топорно для столь сложного и тонкого исследования, какое провел автор, - «Тень Мазепы лежит между русскими и украинцами, навеки разделяет две нации». Есть о чем спорить, чему восхищаться и от чего негодовать. Но, по большому счету, для этого книги и пишутся.

Закончу снижающим пафос моего предыдущего и по смыслу последнего предложения рецензии таким замечанием… Вот Сергей Беляков пишет: «В гоголевское время Россия располагалась на трех континентах, занимая пространство от Варшавы до Ново-Архангельска на Аляске». Тут есть пища для шумного спора геологов и географов – сторонников разных континентальных моделей. Я лично – если кому интересно – считаю Европу и Азию одним континентом, но разными частями света. По мне так Россия располагалась и в лучшие времена всего на двух континентах. Не сочтите за русофобию. (Впрочем, если тщательно покопаться в истории Гавайских островов, уяснить, что Австралия и Океания, это единый континент, и Гавайи к нему относятся, то Россия на трех континентах все же окажется.)

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу