Любовь Беляцкая

Петровы в гриппе и вокруг него

Алексей Сальников
Петровы в гриппе и вокруг него

Другие книги автора

Алексей Сальников. "Петровы в гриппе и вокруг него"

Об этой книге я слышу уже давно. Роман со всех сторон обласкан и насоветован нашими литобозревателями. Вот и недавно в финале премии «НОС» Сальникову не удалось взять гран- при, но зато ему достался почётный приз от жюри критиков. Те посчитали, что книга более достойна премии, чем очередной роман Сорокина (и правда, посредственный). Так что руки чесались поскорее этого Сальникова открыть, раз такой сыр-бор.

И вот, одолев, наконец, «Петровых», я нахожусь в лёгком недоумении. А почему столько шума? Книга, конечно, занятная, оригинальная, но не то чтоб прям бомба. Скорее, большая петарда, которая сделает громко, но точно не взорвёт мозг.

Начнём с того, что текст очень неровный. Первые две главы заходят на ура, они крайне динамичные, слог автора летит, как лихая свердловская метель. Мы знакомимся со старшим Петровым — слегка пришибленным автослесарем, который по характеру на работягу совсем не похож, в свободное время рисует манга-комиксы (кстати, в Екатеринбурге эта тусовка довольно крепкая, оттуда, видимо, ноги растут). Петрова берёт в оборот мистический персонаж, некий Игорь, у которого есть суперспособность: никто и никогда не в силах отказать ему в «этом деле» с неизменными последствиями в виде дурных приключений. Игорь этот — местный трикстер, этакий алкоМефистофель, с которого все пьяные неурядицы как с гуся вода. Его фигура инфернальна и неотвратима. Завязывается, вроде как, многообещающая сюжетная линия.

Третья глава внезапно переносит нас в далёкое советское детство Петрова. В издании от АСТ глава называется смачно: «Елка». Кого или что ела эта самая «елка», мы не узнаем. Бедную ёлку стерилизовали, отрезав венчающие верхушку точки. Хотя так-то буква «ё» в тексте не раз всплывает. Но это уж на совести издателя. Так вот, лейтмотив третьей главы — показать как можно больше примет времени и деталей совкового быта. Этот фрагмент буквально до отказа забит подробностями — какая была детская одежда, какие продукты приходилось «доставать» к праздничному столу, как чинили молнию на сапогах, из чего сделаны декорации в Доме культуры и т. д. Увы, здесь повествование как будто споткнулось, заморозилось, стало вызывать зевоту.

Затем мы знакомимся с женой Петрова, библиотекаршей. Читателю открывается зловещая тайна: Петрова — психопатка, серийный маньяк, вечерами убивающая одиноких прохожих-мужчин кухонным ножом. Ничего себе, семейка! Однако, забегая вперёд, этот сюжет никак не разовьётся, не выльется во что-то связанное с другими персонажами. Так, жирный штрих к характеру.

Петров-сын тоже странный мальчик, замкнутый и немногословный. Есть намёк на доставшуюся в наследство от матери психопатию. Но лишь намёк, персонаж младшего члена семьи остаётся вовсе не раскрыт.

К середине книги возникает ощущение, что разные её фрагменты читали разные редакторы. Есть главы, по которым бежишь, не замечая времени. Но в других вдруг появляется тяжеловесность, целые абзацы, полные речевых ошибок, тавтологий и прочих банальных косяков. В чём дело? Почему такое небрежное отношение к тексту, который «Редакция Е. Шубиной», вроде как, продвигает и который претендует на литературные премии? Хотя я уже не удивляюсь качеству работы нашего единоличного мэйджора. А зачем стараться, если у тебя даже нет конкурентов, и любого автора можно тупо перекупить?

В последних главах третьестепенные персонажи оказываются как-то отдалённо связаны с главными, композиция романа закольцовывается во времени и деталях. Однако, в воздухе повисает логичный вопрос: и что дальше?

По итогу имеем несколько пронзительных моментов: безумная алкопоездка с Игорем, сцена с порезом пальца, (само)убийство Сергея, диалог шёпотом у постели больного сына и последующее ночное пробуждение Петрова... Местами захватывает дух, без преувеличения. Но между этими сценами океаны мутной воды, перенасыщенные подробностями людского быта. Кроме того, все истории романа повисают в воздухе. О чём хотел рассказать автор? Если это «срез времени», зачем так много интриги? На триллер, однако, не тянет. Семейная драма? Так и драмы-то нет. Возникает ощущение, что это только первая часть большой эпопеи, где нам, наконец, расскажут, что же в итоге было и будет с главными героями. Жюри критиков «НОСа» разглядело в гриппующих «Петровых» аллегорию на больное общество. Однако, позвольте, социального в книге мало, напротив, это об очень личном, потаённом. Мне посыл романа видится, скорее, так: ваши соседи по площадке — гораздо, гораздо безумнее, чем кажутся. А про вас самих и говорить нечего.

Что в романе стабильно — так это нескрываемая любовь Алексея Сальникова к Екатеринбургу. Тёмный, заснеженный, освещаемый редкими уличными фонарями город предстаёт чертовщиной, мороком, метафизическим пространством ночи, как бы отбирая эту почётную роль у потерявшего былой флёр и ставшего туристическим базаром Питера.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу