Российская национальная премия

"Национальный бестселлер" - 2018

s

Идет работа Большого жюри

Подробнее

Ежегодная общероссийская литературная премия. Вручается в Санкт-Петербурге за лучшее, по мнению жюри премии, прозаическое произведение,
написанное на русском языке в течение календарного года.

Елена Одинокова

Рассказы

Наталия Мещанинова
Рассказы

Другие книги автора

Наталья Мещанинова "Рассказы"

Приношу искренние извинения, если эта рецензия заденет чьи-то чувства, но моя задача – оценивать литературные достоинства книг, а не «человеческие документы» и их социальную значимость.

Авторы в этом году, как вы уже успели заметить, группируются по темам «семья», «религия», «искусство». Наталья Мещанинова уверенно вошла в группу «семья» и заняла позицию где-то между Ким и Старобинец. Это рассказы о девчонке, ее одноклассниках и ребятах с ее двора, о ее деспотичной, но слабохарактерной и мало любящей дочь маме, о слегка поехавшем папе, о сестрах, о педофилах, об экстрасенсах, о сопении в школьной подсобке, о дневнике Лоры Палмер, который вела девчонка.

В процессе ознакомления с книгой выяснилось, что главная виновница всего зла, происходящего с рассказчицей, – ее мама. И у героини было, вроде как, два папы. Но одно дело, когда это два гей-папы, а другое дело – когда секреты чьей-то мамы и два унылых натурала. В общем, экшена не получилось. Да и какое нам дело до того, с кем спала чья-то мама? У читателя есть свои папа и мама, ну или были когда-то. Папой и мамой нынче никого не удивишь.

Была еще сестра-цыганка, которую мать удочерила из жалости. Эта цыганка потом привязывала рассказчицу шарфом к стулу, чтобы не мешала уединяться с парнями, а также мусорила, хулиганила, воровала. В общем, взыграли в сестре «цыганские гены», вылезла леонидандреевщина. Сестра родила, прописала ребенка, вела асоциальный образ жизни, а мать-сердечница выживала ее из квартиры. Потом повзрослел и начал воровать цыганский племянник Олег, жалостливо ноя: «Бабушка, я тебя люблю». Эта линия – уже что-то с чем-то. Хотя у кого не было родственников, ведущих антисоциальный образ жизни?

В следующей серии этой мыльной оперы появился отчим-педофил дядя Саша, который баловался с ножами и не ходил на пляж, потому что стеснялся своих худых рук. Отчим таскал картошечку из тарелки рассказчицы с одобрения ее потерявшей достоинство от недостатка секса мамаши. Еще он заставлял Наташу есть виноград, это было ужасно. Наташа начала вести асоциальный образ жизни, курить марихуану и щеголять спермой в волосах. Подросла и наказала дядю Сашу. Мамаша ничего не замечала. Потом дядя Саша пострадал за педофилию, мама обвинила рассказчицу в соблазнении дяди Саши, а рассказчица начала признаваться в любви к маме. И делала это очень долго, так, что мне даже показалось, будто у режиссера и сценариста Н. Мещаниновой нет никаких интересов в жизни кроме взаимоотношений с мамой.

Не знаю, нонфикшн это или нет, но мне попадались сотни фильмов с подобным сюжетом, в т. ч. венгерский, где вместо Наташи был парень. Любовь к нехорошей маме, которая закрывает глаза на поведение мужа/любовника и плохо заботится о ребенке,  – это штамп из штампов. Да взять того же Линча – Сара пьет, Лиланд насилует дочь. Азия Ардженто сняла аж два фильма о плохих матерях. В одном она сама сыграла шлюху-наркоманку, которая таскает сына по притонам. Герои другого фильма – ее настоящая мать и умеренно педофильствующий с сестрой синьор Дарио. Гражданка Рут из фильма Александра Пэйна «дошла до жизни такой» после того, как ее трахал сожитель матери. В фильме «Пока летит летучая мышь» мамаша поплатилась жизнью за то, что доверилась педофилу. Сигарев со своим «Волчком» не отстает от загнивающего Запада. Японка Наоко Огигами недавно сняла фильм о женщине, которая попросту сбежала от дочери, оставив ее на попечение брату и его сожителю-транссексуалу, который ожидаемо оказался лучше родной матери. И это я говорю об известных артхаусных режиссерах, а мэйнстримовых и любительских фильмов о плохих матерях и гадких отцах/отчимах – не счесть.

Написана книга гладко, удобочитаемо, каких-то обобщений и тарковщины не видно, Азии Ардженто тоже не видать, есть только хтонические реалии отечественного быта, от которого воет и стонет рассказчица. Автор пытается прорастить из чернухи какую-то драму: жертвенную любовь дочери, запоздалое раскаянье матери и разочарование дочери, но… Создается впечатление, что к вам в гости зашла соседка тетя Наташа с бутылкой красного сухого и принялась взахлеб рассказывать подробности о малознакомых людях, важные и интересные для нее, но не имеющие никакого значения для вас. Тетя Наташа допивает бутылку почти без вашего участия, снова перемывает косточки маме и сестре, начинает показывать на смартфоне фотографии унылых гопников и покакунек, а вы зеваете и думаете, как вежливо ее выпроводить и когда закончится этот чертов сериал. Бесспорно, процесс взросления каждой девочки очень важен для Министерства образования и науки Российской Федерации, для социального педагога и для полиции, а также для всех нас, но значение вот этого процесса для художественной литературы «о натюрель» представляется сомнительным.

К автору у меня только один вопрос: за каким плинтусом это похоронить? Я даже не спрашиваю, какого икса отечественные зрители год за годом должны смотреть чернуху про алкашей с худыми руками, про сопящих школьниц и их педофилов. Я не спрашиваю, почему отечественное «кино» это либо однообразная чернуха, либо плохо перелицованная западная кинопродукция. Я не спрашиваю, за каким *** нас из года в год насильно пытаются накормить одним и тем же виноградом от дяди Саши. Есть Линч – он стильный, ламповый, а есть нестильные и неламповые отечественные фильмы про утырков и какстрашножить. Героиня этой книги – ни разу не Лора Палмер, а одна из. Потому что не важно, про что там, главное – как снято. Что такого особенного, берущего за душу в этой истории, я не знаю. Возможно, проблема в стиле изложения, в эстетике, в недостатке концептуальности. Хотя нет. Могу совершенно точно сказать, что мемуары педофила Д.В. Кузнецова в свое время мне было читать гораздо интереснее. И там не было никакой любви к маме, одни слюни по поводу того, как автор хочет мальчишку. И написано это было пафосно и коряво. Черт его знает. Возможно, дело в том, что отечественные сценаристы в принципе не любят и не уважают своих зрителей. Пишут вполсилы либо льют сопли так, что от них тошнит. Могут обозначить проблему, но не могут заставить вас сопереживать. Взаимоотношения матери и дочери не поднимаются на общечеловеческий уровень. «Из ничего не выйдет ничего», из чернухи не выйдет ничего, кроме самой чернухи. Вы не переживете катарсис от ворчания Наташиной мамы.

Но если вам, дорогие читатели, не хватает тесного душевного общения с соседкой или вы живете в другой стране и не имеете возможности упиваться отечественным «остросоциальным» кино, эта книга – для вас.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу