Михаил Визель

Посмотрите на меня

Павел Басинский
Посмотрите на меня

Другие книги автора

Павел Басинский. "Посмотрите на меня"

Новая книга Павла Басинского, автора «Бегства из рая» и «Святого против Льва», имеет многоступенчатое название: «Посмотрите на меня: Тайная история Лизы Дьяконовой. Невыдуманный роман». Да еще и необыкновенное посвящение: «памяти русского феминизма» и развернутый эпиграф из Пушкина.

Столь сложная конструкция, вероятно, понадобилась автору для того, чтобы объяснить себе и читателю, зачем он вообще взялся писать отдельную книгу о много что обещавшей (в частности – собиравшейся стать первой в России женщиной-юристом), но ни в чем не реализовавшейся девице? Трудно, право, считать литературной сенсацией опубликованный посмертно «Дневник русской женщины», появившийся в расцвет Серебряного века и получивший какую-то известность только благодаря тому, что был привечен его парадоксальными звездами, такими, как Розанов.

Прославилась она в смерти. И даже не в самом факте, весьма прискорбном, прекращения жизни в возрасте неполных 28 лет («клуб 27», ага), а в обстоятельствах, которые нельзя назвать иначе, кроме как «скандальными»: ее тело было обнаружено в тирольских горах, рядом с отелем, в бочажке под водопадом – причем абсолютно голым. А ее одежда – аккуратно сложенной над этим водопадом.

Что это было? Самоубийство, нечастный случай, убийство? Если убийство – на сексуальной почве или ограбление? Как в случае с перевалом Дятлова, ни одна из версий не объясняет все известные факты полностью, обязательно возникает какая-то несостыковка.

Она-то и высекает у автора романический интерес. Во имя которого Басинский изучил все имеющиеся документы, опубликованные и архивные, восстановил «внешнюю» и психологическую биографию несчастной Лизы – не очень здоровой, не очень уравновешенной, и уж точно совсем не счастливой. И преподнес нам ее в виде своей авторской книги, а не в виде комментария к дневникам.

По его собственному признанию, то, что его больше всего поразило – это не извивы, довольно банальные, надо сказать, биографии конкретной купеческой дочери, а состояние «женского вопроса» в России того времени как таковое – мало в чем ушедшее от его состояния сто- и двухсотлетней давности. Да, Пётр I выгнал женщин на ассамблеи, но не дал им возможности ни получать высшее образование, ни распоряжаться имуществом.

Словом, посвящение «памяти русского феминизма» книга Басинского отрабатывает вполне; а как насчет собственно литературы?

Начинает автор так:
«В любом случае женские дневники — это особого рода литература. Они сильно отличаются от дневников, написанных мужчинами. Женский дневник — это всегда куда более индивидуальный “случай”, нежели мужской дневник. Возможно, это происходит потому, что женский дневник отличается двойной рефлексией. Автор дневника по определению мужчина, так же, как сам дневник — мужского рода. Другое дело — записки. Они кокетливо прячут свой женский род во множественном числе. Дневник — серьезен и благороден. Записки — болтливы и необязательны. Записки — личное дело, а с дневником возникают определенные “отношения”. Дневник — это “друг”, “спутник”, на худой конец — “приятель”. Но не “подруга” и не “приятельница”. Это — “он”, с кем делишься самым сокровенным».

Как видим, очень тонко и даже прихотливо.
Мало того: автор всё время сам себя как бы цензурирует: «Не будем приводить письмо полностью. Оно слишком интимное и откровенное. Понимающий — поймет!». И ниже: «И все дальнейшее письмо — крик раненой души, где опять встречаются такие подробности, которые нельзя тиражировать». Подозреваю, что всё эти умолчания – не от деликатности, а оттого, что собственно, писать-то особо нечего: «жизнь и судьба» Лизы Дьяконовй – это не «жизнь и судьба» Льва Толстого и даже не его сына Льва Львовича, десятилетиями мучительно боровшегося с исполином – собственным отцом.
И даже такому опытному сочинителю, как Павел Басинский, эту скудность человеческого материала (а роман-то непридуманный) восполнить не удается.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу