Александр Филиппов-Чехов

Призрачная дорога

Александр Снегирев
Призрачная дорога

Другие книги автора

Александр Снегирев "Призрачная дорога"

на плохие книги очень сложно писать рецензии, на хорошие еще сложнее, но на плохие — очень сложно. внимание, вопрос! как написать отзыв на книгу, которой, по вашему мнению, вообще не должно быть? итак, что представляет собой повесть Снегирева, лауреата премии Русский Букер (о чем написано на обложке)? расползающуюся по швам графоманию. как любая графомания, эта — претенциозна. претензия немудреная, в духе «щас постмодернистски обыграем». повествователь рассказывает некую совершенно идиотскую историю про жизнь на даче и параллельно с ней еще одну, про бесплодные усилия по усыновлению сиротки. а еще, а еще, а еще — прямо внутри текста комментирует свою писанину и ведет диалог с одним из персонажей, а заодно и творит реальность. ребят, это было столько раз, что уже не надо. сами эти рассказываемые истории совершенно не интересны и не стоят выеденного яйца, а все-таки даже в постмодернистском тексте история и умение ее рассказать занимает не последнее место. добавьте ко всему этому два мешка сальных шуток (рассказчик называет свою женщину «кисонькой», а она его сравнивает с «олененком» с рогами, как у взрослого оленя. в итоге «олененок натягивает кисоньку») и получите, цитируя отзыв Валерии Пустовой, вынесенный на обложку, «не магический реализм, а реальность магии». еще раз: автор творит реальность прямо в тексте, по ходу его написания. и вот все, что он смог сотворить, это вот это??? иногда в тексте всплывают банальные подробности отступления Великой армии Наполеона из Москвы. так вот любая из этих подробностей, давно известная и повторенная сотни тысяч раз, все равно несопоставимо интереснее всех потуг Снегирева. отпечатан опус сравнительно большим по современным русским меркам тиражом в 4 000 экземпляров. дачка, на которой происходит первая из рассказанных Снегиревым историй, стоит на месте давно снесенного резинового завода. в какой-то момент герой-Снегирев нанимает двух разнорабочих-нацменов выкопать яму под дерево, и они, естественно, под тонким слоем земли обнаруживают залежи бракованных изделий # 2, как кокетливо автор называет презервативы. тут, конечно, открывается безбрежное поле для ассоциаций и аллюзий, но я не буду выпендриваться: книжка Снегирева напоминает секс в бракованном презервативе, только без секса. Эксмо издало этот роман в серии «Вне рамок»: «Эти тексты — сами по себе [никому и задаром не нужны], вне рамок [хорошего вкуса] и предписаний [сколько-нибудь удобоваримой бульварной литературы], на том краю литературных процессов, который впоследствии может оказаться авангардом [или не может, или не авангардом]. Эпатирующие, эти книги больно задевают душу [о да!]. Остаются в памяти навсегда [памяти памяти!]». так вот, о гандонах: современная литература, действительно, зачастую представляет собой некий неидентифицируемый гумус, почву, из которой вырастет что-то, что останется в вечности. но книга Снегирева, повторюсь, это нечто совершенно другое, да еще и бракованное.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу