Всероссийская литературная премия

Национальный бестселлер - 2019

s

Работает Большое жюри. Публикуются рецензии.

читать

Ежегодная всероссийская литературная премия. Вручается в Петербурге за лучшее, по мнению жюри, произведение, созданное на русском языке в текущем году.

Игорь Мальцев

Сад запертый

Ксения Венглинская, Наталия Курчатова
Сад запертый

Алька, Генка, Ирка, Данька, Шурка и Мойка

Черт, вот хочется уже любви. И написать что-то хорошее про новую русскую литературу. Но только занесешь клавиатуру над принтером, как что-то пищит в желудке и отпускает. Я понимаю, что мы тут с госпожой рецензентом Соломатиной выступаем парочкой ковёрных – Рыжая и Лысый, и на нас обижаться грех, но и у клоуна есть боль.

Короче, пока я борюсь с butt hurt новеньким butt plug’ом, у меня для вас печальные новости. Те, кто считают себя русскими писателями, так и не научились простому искусству рассказывать истории.  Той самой элементарной вещи, которой учат даже самых тупых американских студентов литературных курсов при судоверфи Сан-Диего. В задницу ваши красоты, к херам ваши непрописанные даже шариковой ручкой характеры, дайте историю. Чтобы возмутиться, зарыдать или хотя бы подрочить. Мы смеялись над мудачком Паланюком, которого тут принято называть Палаником, мы мастурбировали с Золя, а как мы кончали с Мопассаном! Мы рыдали с Маминым-Сибиряком и ржали с Винни Пухом. И вот, мы открываем день за днем тома так называемой новой русской литературы и начинает щипать глаза, как в школьном сортире.

Какие-то тексты совсем ужас нерожденного, какие - ужас-ужас, но не ужас. А сегодня у нас удивительный текст, который мог бы быть литературой – «Сад запертый». У него для этого есть все – плотный текст, буквы, обложка, продуманная и даже грамотная диарея синтаксиса и морфологии. И если отойти немного и снять очки - то это выглядит прямо как повесть. А может быть, даже роман. 

На самом деле, вот есть такая группа – Foo Fighters. Люди, которые не понимают ничего в музыке считают ее рок-группой. А все остальные – картонным макетом рок- группы в натуральную величину. Так вот, это произведение двух милых тетушек, которым делать больше нечего, как со школьных ногтей писать книжки, это и есть – картонный макет литературы в натуральную величину. То есть, все прихваты и приблуды, а также примочки наличествуют и даже басист не такой тупой как обычно и остальные тоже громко играют. А все равно ни хрена не рокнролл.  

Я честно хотел их полюбить. Нет, не Foo Fighters, а этих двух тетушек, ради которых вырубили рощу. Но они злобно пнули меня прямо в мужское сердце (сейчас Соломатина скажет, что это была простата).

Потому что даже не вникая в сюжет, вы получаете первые маркеры одесского литературного стиля. Когда вместо имен героев вы слышите бесконечное «алька-шурка-данька-машка-ирка» это оно и есть. Нет, я конечно понимаю, что есть прямо-таки когорта девушек over 50, которые официально подписываются «Маша». Я знаю даже одну английскую баронессу с Привоза – он видимо до смерти будет подписываться  уменьшительным имечком.  Но «Машка-Алька» – это ваще бу-э. Это не вкусовщина. Это неумение автора справиться с героем на базовом уровне. А еще – неспособность рассказать историю.  Текст льется, вьется и авторы убеждены, что он сам по себе – история. Но это не так. Никакой текст сам по себе не вывезет историю. Даже если вставлять модные словечки типа «пиздец», чтобы никто не подумал, что автор не современен.  Но когда автор потом решает задать литературки, то получается совсем клюква. И прочие ягоды фрукты и овощи.

«...полная крупными белесыми, в зелень и золото, плодами, рядом наливалась пунцовая цыганочка, огромная антоновская яблоня осеняла своим библейским шатром получастка, у дальнего забора пламенели брусничными боками зоревых яблок гибкие аборигенки, на тропинках под ногами хлюпала осыпающаяся венгерка, и высоко над головою мерцали в темно-зеленых листьях янтарные мирабели… среди мха всех расцветок — от нежно-зеленого до серебристого — с красными маковками кукушкина льна рдеют гроздочки прозрачной весенней клюквы, бодрящей и напитавшейся сладости за долгую северную зиму…хрупкость такая нежная, будто у маленького светло-лазурного мотылька, каких много по концу лета в высокой траве, и вроде неяркие у него крылышки на первый взгляд, но всмотришься — и аж обволакивает благостью от бархатного, молочно-голубого света невесомых узоров на них»… ну в общем – «Инда взопрели озимые. Рассупонилось солнышко, расталдыкнуло свои лучи по белу светушку. Понюхал старик Ромуальдыч свою портянку и аж заколдобился».

И я даже не говорю о чудовщиной безвкусице всех этих «легкие брови-крылышки». Носик-бананчик. Ушки-пельмешки. Блин.

И несмотря на все эти переходы-переезды - то какая то заграница, то Питер, то какие-то иконы – все, что должно было создать некий огромный мир и движение героев куда-то в сторону Бога. Но проблема современной русской литературы именно в том, что она не имеет никакого бога.  Вместо этого – картонный макет. Внутри нет ничего. И поэтому тексты безжизненные – ни тебе трагедии, ни тебе комедии, ни тебе катарсиса, ни тебе своей Голгофы и крусификции – только имитация. А ведь это, как говорят, авторки и есть тот самый пиздец.

Комментарии посетителей