Всероссийская литературная премия

Национальный бестселлер - 2019

09.04.2019s

Опубликован Короткий список и состав Малого жюри

смотреть

Ежегодная всероссийская литературная премия. Вручается в Петербурге за лучшее, по мнению жюри, произведение, созданное на русском языке в текущем году.

Митя Самойлов

Раунд

Анна Немзер
Раунд

Другие книги автора

Анна Немзер “Раунд. Оптический роман”

Эта книга написана специально так, чтобы читатель продирался через обманчиво легкий текст и ощущал себя недостаточно умным.

Роман разбит на главы, которые называются пугающе - “Эффект Допплера”, “Параксиальное приближение” и еще двенадцать примерно таких же. Сконструирован роман так, чтобы сюжетные линии намеренным образом сходились только в самом конце и то, довольно условно. В тексте десятки отсылок к темам, которые обязательно нужно уметь обсуждать внутри определенной интеллигентной рафинированной среды - Анна Харендт, трансгендеры, акционизм и Петр Павленский, уничтожение евреев в Треблинке, рэп-баттлы, квантовый компьютер, нобелевские лауреаты.

Каждая тема, при этом, задета будто по касательной, а точнее, таким образом, чтобы у читателя сложилось впечатление - он проходил мимо и случайно услышал разговор людей, которые всё понимают. Но услышал читатель какие-то обрывки и посвящен не был, потому что, ну, куда ему?

Роман состоит из стилизованной под подслуашанную речи - прием у психоаналитика, допрос, интервью, диалог.

Мы вроде бы застаем героев в середине какого-то разговора, где они обмениваются именами и отсылками, которые им давно понятны, как анекдотчикам в доминошне известны все анекдоты по номерам. Назвали номер - посмеялись. А тут - упомянули какого-то Кирилла, в которого что ли был влюблен тот, кого в этой части книги можно назвать героем, и вроде бы все понятно.

Я прочитал эту книгу целиком, и я больше нигде не встретил упоминания этого Кирилла! Кто такой Кирилл и почему он упоминается на странице 78 - “Серая зона как есть. А Кирилл меня жалеть не стал”?

Действие романа не развивается линейно, а вроде бы охватывает столетний период - цирк начала века, революция, война, холокост, еще война, репрессии, Петр Павленский, опять же. И все это всполохами - будто воспоминания чьего-то угасающего сознания. Где-то так и есть - о Луначарском вспоминает дряхлый старик, о Холокосте режиссер фильма “Шоа”.

Это попытка облечь всю накопившуюся и кажущуюся интересной информацию в необязательный формат вербатима - щегольнуть формой и походя - кругозором.

Это всё очень интересно, но я настаиваю - кто такой Кирилл, и зачем он был нужен в книге?

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу