Денис Горелов

Ненавижу эту сучку

Ольга Столповская
Ненавижу эту сучку

Другие книги автора

Ольга Столповская «Ненавижу эту сучку»

Издатели сделали все, чтоб книжку не стали читать люди с известным предубеждением к пошлости.

Авторша на обложке предупредила, что книга для тех, кто самостоятельно формирует свои ценности, нравятся они кому-то или нет. И о том, как не быть подстилкой для мужчин. Критик Пустовая сообщила, что книга о том, как решиться быть собой. А писатель Козлова — что она написана потому, что не написать ее было нельзя.

И все три вызывающе свободные особы так и не отважились сообщить, что книга — о лесбийской паре, ее треволнениях и трансконтинентальных разборках.

Столповская уверенно обживает амплуа наблюдательной исповедальной нахалки (хотя таким больше нравятся титулы «язва» или «стерва») — но слишком откровенно плюет на мужчин, родителей, работодателей и читателей, чтобы выдерживать качество стиля на протяжении всей книжки. Поэтому рядом у нее соседствует блестящее «Взволнованные неожиданно наступившим семейным счастьем, объелись кексами в кафе» и бабское «Я благословляла свое тело за то, что оно помогло мне вырваться на свободу», дельное «Она приглушила голос к вечеру, как свет бра» и достойное дамского порно «Я обожала непокорные пружинки ее волос».

В романе читается тоска миниатюрного российского фри-класса в вилке между горластой пассионарностью соотечественников и тонной условностей в среде богатых иностранцев, невозможность быть дома и крушение иллюзий востребованности «там». Тотальная, только разномастная ограниченность ближних и дальних тягостна для человека, способного заметить, что тамошняя бесконечная болтовня о жратве ничуть не лучше здешней бесконечной болтовни о телевизоре.

Однако развязная монологическая проза, с виду столь же вольная, как вылитая на поверхность вода, требует структуры, композиции и беспощадного отсева ненужных воспоминаний. Столповскую же, умную, злоязыкую, трезвую, регулярно несет, как сороку на телефоне: и про это, и про то, и вот еще был случай, и тех не забыть куснуть, и этому засадить, чтоб знал. И как же обойтись без описаний любовных томлений, вихрей и курчавых лобков, столь же омерзительных, как недержание похотливых шестидесятников — они все больше этим «сплетеньем рук, сплетеньем ног» захлебывались.

И все-таки, все-таки — в книжке про лесбиянок, которым не хватает тепла и грозит потеря любимой работы на передаче «Любовь с первого взгляда», встречаются неплохие пассажи.

«Я не скрывала от друзей, что живу с Алекс, но в подробности не вдавалась. Дружеские связи не место для борьбы со стереотипами».

«В лифт с нами вошла французская пара, на глаз определив, что мы не парижанки, они держались надменно. Пока не набилась группа китайских туристов. Ощутив себя в меньшинстве, французы заулыбались нам, как родным».

«Нас стали расспрашивать о перестройке, о Чернобыле, о Сталине. Такое впечатление, что новости о России перестали сюда поступать много лет назад»

«Американцы приучили нас держать двери открытыми, Чтобы, проходя по коридору, чувствовать кипучую энергию работающего коллектива».

С автором или ее героиней явно можно поболтать, это интересно. Только надо сразу сбить пафос независимой фемины, зоркого глаза и ведуньи мужских душ. И после уже легко посмеяться.

Читать ее книжку — тоже можно. Давать ей «Нацбест» — нет.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу