Смотреть трансляцию

Анна Жучкова

Бабаза ру

Татьяна Москвина
Бабаза ру

Другие книги автора

А мне понравилась Бабаза!

В начале, конечно, подбешивает от непонимания: это бабский поток неотрефлексированного «сознания» или это стеб над бабским потоком неотрефлексированного «сознания»? Важно не сдаваться и не перепрыгивать через страницы. Потому что книга сделана как поток. Энергия повествования нарастает, как шум водопада, к которому поднимаешься по горе, и постепенно проясняются смыслы.  

В начале пути трудновато, скользишь, камни осыпаются под ногами: это когда героиня пытается доказать, что вокруг все тетеньки-идиотеньки и несушки-пердушки, а она-то не баба, и ум у нее мужской. «Я — мужчина! Очевидно, что у меня мужской ум. Я всегда это подозревала! Мне и люди говорили: мужской у вас ум <…>  Мамочка моя была глуповата… У мамочки был женский ум».

Если торговка на рынке кричит: у меня  огурцы не горькие – обязательно окажутся горькие! Так и здесь.

При всем этом крике перед нами типичная баба-дура (ну и крик отсюда же. Мужской ум – ха! Да если ты настоящая женщина… Но об этом потом).

Злобность у бабы-дуры меленькая, противненькая, ненависть к людям чисто бабская: «Игорь Валентинович, совершенно ничтожное существо  <…> у Игоря Валентиновича диагностировали рак прямой кишки. В его засохшем насекомом тельце, оказывается, имелся полный набор потрошков…»

И эта вечная детская обида: «разве эти твари, что рулят миром, могут заботится о нашем здоровье и счастье?»

Героиня вспоминает первую любовь (развратившего ее поэта), свои 18 лет и детские сандалии. Он взрослый – она в детских сандалиях. И так, по сути, всю жизнь: кто-то взрослый должен за нее отвечать. При этом баба-дура думает, что умная. Это остальные бабы – дуры, на рекламу ведутся, в чудеса верят. Мужики тоже не ахти. Пошли их за капустой или еще чем – обязательно не то принесут. Потому что у них одна Сирия в голове и политика из телевизора, которая реальный мир застит.

Но и сама героиня живет не в реальности, хотя готовит борщ на протяжении тридцати страниц. Она вспоминает восьмидесятые, когда «вдохнула полной грудью воздух свободы». А потом плохие люди свободу отняли. И «из меня ничего не вышло. А, Юрка вышел. Мне скидка положена, я женщина». Виня историю и исполняя в одиночку песни молодости, героиня уговаривает каждый день то чекушечку, то бутылочку водочки. Ведь зачем жить, когда «солнце восемьдесят седьмого года» закатилось, когда «мы с такой высоты упали. Мы разбились».

Однако неожиданно из пьющей домохозяйки с борщом начинает вылезать филолог. То про писателей со знанием дела и смешно. То цитатки раскинет.

А потом начинаются и другие трансформации. Чужой шкуркой с героини слезает детское, инфантильное. Жалость к себе, обида на жизнь и – я птичка, у меня лапки. Не надо думать, что это женское. Общее это.

А женское в героине как раз крепнет. И исконные женские ценности оказываются не смешны и не жалки. Таковы они при поверхностном отношении. Как, впрочем, и всё, к чему неосознанно относишься.

Обретая осознанность, героиня оказывается не дурой, а очень даже крепкой женским умом бабой. И не только умом, а энергией, силой и красотой. Да, красотой не внешней. А личностной и витальной, которой настоящая женщина и хороша.

И вот как становится героиня нормальной бабой, так из текста начинает переть поток энергии. Я его после прочтения еще три дня чувствовала. И улыбалась.

От чего он? От развенчания ложных иллюзий. Много они забирают сил, особенно иллюзии женские. Высокие и прекрасные. И много приносят горя. Об этом еще Грибоедов писал. У Москвиной вся книга об этом. Но отчётливее всего – в рассказе «Вибрато»:

«Тебе нравится заявиться в красивый зал, сесть в кресло, обитое бархатом, и кругом нарядные люди, и люстра в тысячи свечей медленно гаснет, и выходит Он или Она, и ты переносишься в другой мир <…> А певцы… Ну, может, есть в мире несколько человек, которые реально умеют петь. Остальное — фальшак, фасад, раздувание щёк и наёбка дурочек. И с ними всё понятно — они деньги делают, а вы — что делаете вы? Зачем вы питаете эту свору своими копеечками?»

Собеседник идейно дефлорировал героиню, «погубил жизнь и ушел», а она плакала, плакала, потом съела три пышки, вспомнила, что дома ждет непрочитанный роман Дины Рубиной и «мироздание, покачнувшись, встало на свое место».

В предыдущем рассказе тоже был тот, кто «погубил мою жизнь и ушел»: первая и единственная любовь, два аборта и прочая. Тут же –  почти случайный собеседник. Трагедия повторяется фарсом, ибо дело не в погубителях девочек, а в желании девочек любого возраста жить иллюзиями.

А если посмотреть на стереотипы и иллюзии в упор?

«… Давайте уточним дату рождения

 – Как я вам уточню дату рождения? Вот документы, читайте. А там — кто знает. Нам говорят — мы верим.

<…>

— Значит, вам … лет.

— Скажу прямо, не чувствую я себя на свой возраст. Абсолютно. Поэтому, знаете, вы правы в своих обоснованных сомнениях насчёт моей даты рождения.

<…>

проживаете… город… проспект… дом… квартира…

— Квартира! Одно название, что квартира.

— Но вы там живёте?

— Вопрос. Живу ли я. Это разве жизнь! Тут одни вопросы <…> а на них ответить невозможно.

— Почему — ответить невозможно?

— Потому что вы спрашиваете, женщина ли я, русская ли я или еврейка, где я живу… и при этом знаете ли вы, что такое быть женщиной, что такое быть русской или быть еврейкой и что такое это ваше «жить»? Вы мне выдайте на руки заверенный и утверждённый справочник, где будут определения всего, я загляну туда и отвечу, есть ли соответствия».

Когда правильные вопросы заданы и иллюзии разрушены, героиня встречается сама с собой. Со своим альтер-эго в красной куртке, которая, в отличие от нее, водку пить среди бела дня в кафе не стесняется. Ибо не пьянеет. Ну вот такая высшая форма бабы. Мощная. Во всех смыслах.

И вот как баба с бабой-то встретилась, книга и начинает по-настоящему разговаривать. И ты понимаешь, что она всегда так говорила. Только не раскрывалась сразу. Не всякому женская мудрость сразу открывается. Дорога к водопаду начинается там, где водопада еще не слышно.

А теперь вот он, водопад, дошли. Движется, сверкает, гремит. Подойти к нему, раскинуть руки  – какая энергия от падающей воды! Не вобрать. Так и с Бабазой. Простая вроде книга. А насколько мощнее, чем «Жизнь советской девушки». Там героиня старалась быть болонкой, цеплялась за какой-то в детстве-юности придуманный образ, «зачарованность» и «достоевскость», завидовала, жаловалась, ныла.

А здесь согласилась на себя такую, как есть: ну, не болонка уже, да – и вдруг стала свободной и могущественной. Как водопад с его энергией свободного падения и энергией женской стихии – воды.

«Когда ты решишься, придётся выдержать некоторое давление среды, ведь какая-то среда у тебя осталась, и она обязательно станет сопротивляться. Недоумение, непонимание, насмешки — всё грядёт в положенной именно тебе пропорции. Не так прост путь от трепетной вдовы средних лет до полноценной, закоренелой, прожжённой бабазы ру. Что, не такая уж ты трепетная? Да именно такая. Ты хамишь от зажатости, от уязвлённости, от неуверенности в своём месте под солнцем. Но вот ты принимаешь решение — согласиться на этот путь. Делаешь первый шаг.  <…> Путь расстилается и ведёт дальше, дальше, дальше… И он нужен тебе, это твой путь».

Последняя часть книги – про приключения женщины за рулем – о том, как вписывается женщина в поток современной жизни. О том, что быть женщиной на дороге – значит рассчитывать на помощь мужчин и получать ее. Ведь в пути они всегда помогают:

«…годится всё, что уводит вас прочь от мерзкого образа наглой богатой стервы и рисует вожделенную для настоящего мужчины картину «женщина в беде». Тут не страшно, если вам сильно за сорок, вы покинете в таком случае ассоциативную область «жена-сестра» и перейдёте в крепкий и чреватый готовностью помочь немедленно и чуть ли не в убыток себе ряд “мама-тёща”».

Про ставшую знаменитой цитату о козлике с вилкой в жопе тоже скажу. Татьяна Москвина права. Козлики с вилкой в жопе – это нервные. Они встречаются. Мало ли, что у них там приключилось. Надо не заводиться в ответ и отращивать дзэн. Но, добавлю от себя, иногда они даже полезны. Если хочется адреналинчика и взбодриться – надо догнать и перегнать козлика. И бросить торжествующий взгляд в боковое зеркало: ну как ты там, неудачник?

В целом, дорога – это метафора. Мы относимся к дороге так же, как к жизни. Один видит вокруг мудаков. Другой – общую солидарность. Кто что видит, то для него и работает.

Финальная новелла в книге – про женщину, сложившую песню. Такую песню, что мужики сначала не поверили, что это она сама. А потом свататься приходили.

Татьяна Москвина поет песню умной-умной женщины. Не той, которая по уму мужчина, а той, которая как раз женщина и потому многое видит ясно и сразу. Мужчина же как: из точки А в точку В, потом в С. Занудно и логично. Женщина тоже логична. Логика вообще понятие универсальное. Но у женщины есть и другой арсенал. Чувства и интуиция. И у настоящей женщины логика, чувства и интуиция работают вместе.

В общем, виват, ваше величество женщина!

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу