Смотреть трансляцию

Владимир Козлов

Кан-Кун

Александр Бренер
Кан-Кун

Другие книги автора

Александр Бренер "Кан-Кун"

В этом тексте описание теории "ухода" – отказа от ценностей традиционного общества – перемежается с воспоминаниями о жизни автора в сквотах разных стран. Прочитал его я с интересом и практически на одном дыхании, хотя "Кан-Кун" – вещь достаточно короткая.

Итоговое впечатление неоднозначное: есть и плюсы, и минусы.

Главный плюс – бескомпромисный подход автора, напрочь отрицающего ценности консьюмеристско-капиталистической реальности, в которой мы живем.

На идеологическом уровне – это самый радикальный текст из прочитанных мной на сегодня в длинном списке и, думаю, самый радикальный из всех номинированных. Автор громит современные арт-институции – "аппараты", как он их называет, - дает нелестные характеристики поп-героям. Вот что он, например, пишет о Бэнкси:

"Все знают этого английского пройдоху. Он работает «анонимно», но заработал уже миллионы. И знаменит, как Эйфелева башня. Его любят домохозяйки и журналисты, офисные служащие и левые активисты, модели и подростки, бизнесмены и популисты. И понятно: Бэнкси сам журналист и активист, модель и бизнесмен, популист и медиальная лярва. Бэнкси — кумир мировой мелкой буржуазии."

Или вот взгляд Бренера на современное искусство: "Нужно не искусство, а Событие. То есть то, что изменит мир и меня. По-настоящему изменит, а не фальшиво и тошно, как Pussy Riot или Пётр Павленский".

Главная идея книги – "уход": ситуация, цитируя автора, "когда человек решает порвать со своей прошлой жизнью и уйти из общества, из системы". Сам Бренер, судя по книге, уже много лет живет в состоянии "ухода", и здесь он описывает жизнь в сквотах как возможную альтернативу обществу, "системе".

Но альтернатива, получается, не работает: обо всех сквотах, где он останавливался, кроме давшего название книге барселонского "Кан-куна", Бренер отзывается жестко: критикует их обитателей, пытающихся создать в сквотах некое подобие той же "системы".

Среди минусов книги – перегруженность цитатами тех очевидно немногих людей, которых автор ценит. Причем, абсолютно в лоб: "как сказал Дэвид Герберт Лоуренс", "как сказал Кафка" и т д. С чем-то из сказанного можно соглашаться, с чем-то – нет, но читать это здесь неинтересно. От автора, тем более, такого радикального, ждешь собственных идей, а не пережевывания цитат.

Апофеоз цитирования – приложение под названием "44 случая ухода", во многом состоящее из фрагментов чужих текстов – от Марины Цветаевой до Кафки.

Также местами обламывает неровный стиль. Да, автор подчеркивает, что не считает себя литератором, но стиль отдельных фрагментов очень хорош – хоть мне и не близок:

"В Жюльене было всё, что полагается гению: предельная ясность одиночества и страстная тяга к товариществу, глубочайшая потребность свободы и безоговорочное приятие судьбы, порывистость мальчишеского жеста и дальновидность стратега, нетерпение аффекта и взвешенность интеллектуальной рефлексии, недосягаемая искренность и твердокаменность маски, дикость импульса и отшлифованность мысли."

Непонятно, зачем автору было использовать в других местах абсолютно банальные сравнения – причем, кажется, ровно два раза на весь текст: "тяжёлый, как стопудовая гиря," "черная повязка пересекала её лицо, как асфальтовая дорога — снежное поле".

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу