Мария Арбатова

Чистый кайф

Андрей Геласимов
Чистый кайф

Другие книги автора

Андрей Геласимов «Чистый кайф»

Дочитала роман Андрея Геласимова «Чистый кайф» в большой растерянности. В самом начале текст казался плоским, а мат по необходимости и без необходимости, нарочитым. Но стоило главному герою попасть на территорию воспоминаний о девяностых, перед читателем распахнулся яркий, безумный, многоукладный Ростов-на-Дону, восхищающий языком героев и интонацией автора. Пошли темы неприкаянной шпаны, побиваемой гопотой, хотя и отличающейся от неё только прикидом. Пошли адские сцены у госпиталя, где привезенных из Чечни полуживых солдат сгружают прямо на траву, а матери теснят охрану в надежде спросить «моего видели?» Пошло генеалогическое древо главного героя: мама с МГУ, торгующая на рынке йогуртом, отец в капитанских погонах, не способный предложить ничего, кроме поучений, брат-отличник. А ещё дед, надевающий ордена, чтоб найти в отделе милиции обидчиков главного героя, закрыть дверь стулом и лупить их, пока не повяжут. Потому что, если не он, то мстить пойдет крохотная бабка и, как привыкла, разобьет кому-нибудь башку деревянной толкушкой для картошки. Так живет этот слой Ростова-на-Дону в лапах шокотерапии, когда дети растут полуголодными, менты ходят под бандитами, а играющая музыку шпана пытается бандитствовать самостоятельно, но вынуждена встраиваться в расклад местного криминалитета. И всё это в подливке ростовского говора, сленга, фени, мата и суржика, из которых сложным узором выткан текст. Андрей Геласимов создаёт изумительную картину времени и среды с её многоголосьем, ритмом, запахом пота, травы и крови, подчеркивая кодекс главного героя: «Пацаны, терки, держим ответ за себя. Я же видел, как все вокруг загибаются, как родители наши загибаются, и как это государство кинуло нас разом всех...» Главный герой, безвестный рэпер, постоянно ходящий по краю в миллиметре от посадки или глупейшей гибели, живет, как принято в его кругу, и медленно, но верно сползает в сторону наркозависимости. Его богатые и выпуклые воспоминания перемежаются в романе форс-мажором, в который, уже, будучи успешным исполнителем, он попадает на гастролях в Германии. И там случайно встречает землячку, боевую подругу по криминальной жизни девяностых, считая, что с этой подруги все проблемы и начались. Хотя начались проблемы с того, что, как любой наркозависимый, герой просто никогда не брал ответственности за свои поступки на себя. Но каждый раз, падая, умудрялся встать на четыре лапы и крайне удачно встретил в монастыре на реабилитации от наркоты девушку, до которой ему, по оценке землячки и боевой подруги, «как таракану до космоса». И, благодаря этой встреченной девушке двинулся вверх на скоростном социальном лифте в нынешнюю успешность. Но как только в диалоге при встрече в монастыре девушка упомянула о маме, живущей в Париже, ко мне подкрался инсайт - книга не о среднеарифметическом рэпере, а о конкретном Басте, сидящем в экспертах программы «Голос. Дети». Однажды я уже попала с этим, обругав его интеллектуальную незатейливость на странице одной знакомой парижской дамы, и не знала, как вежливо отползать, когда та ответила, что это её зять. Стоило ли после этого замечать, что «закон Сансары» предполагает реинкарнационную модель индуизмопроизводных религий, а вовсе не пение «голосами моих детей и голосами их детей»? Мне бы на это ответили, Баста собирает стадионы. Стоило ли возражать, что стадионы вольны слушать любую ахинею и недавно с таким же упоением хавали: «Зайка моя я твой зайчик, ручка моя я твой пальчик…» При том, что, судя по данному биографическому роману, Баста «диалектику изучал не по Гегелю», а Киркоров хотя бы окончил школу с золотой медалью, а музкомедию Гнесинки с красным дипломом. Короче, при мысли, что в романе «это всё о нём», о Басте, меня стало ломать. И самым ценным показалось описание того, как зависимый человек сумел вылечиться и социализироваться. Девушка, до которой герою было «как таракану до космоса», так и не стала в романе мне понятной. Потому что, когда автор описывает яростные муки творчества рэпера «на приходе», в результате которых возникает шедевр, «качающий город», я, как читательница, жду текста щедевра. Но ссылки идут на словесную сумятицу, где под три ритмичных аккорда рифмуется «жизнь» и «в высь» или «фотомодель» и «дуэль». Не то, чтобы моё музыкальное развитие закончилось в позапрошлом веке, собственные сыновья того же возраста, что и Баста, долго играли рок в группе «Инки», так что молодежных концертов посетила уму и с «кухней» знакома по полной программе. В этом пространстве, безусловно, нет высокого запроса на текст, но всё же не до такой степени, как у Басты. Короче, роман развалился в моей голове пополам на восхищение автором и разочарование прообразом главного героя. К тому же огорчил затянутый сентиментально-избитый финал, описывающий коммуникацию рэпера в зените славы с прилетевшей к нему семьей в духе глянцевого журнала не самого высокого пошиба. С точки зрения отношений с родным языком Геласимов и Баста живут на разных планетах, и вопрос мотива писателя для встраивания в серию «ЖЗЛ» с выбранным персонажем, для меня остаётся открытым. «Шедевры» Басты находятся в открытом доступе, также как и его экспертные тексты в программе «Голос. Дети.» и, если бы он имел хоть одну пятую словарного запаса, приписанного в романе автором, мир получил бы от него рэп иного уровня. Поверить, что прекрасный писатель так зафанател от конкретного Басты, что ударился в голимый соцреализм, сложно. Проще представить, что он выбрал раскрученный бренд и заполнил пустые контуры как детскую книжку- раскраску в надежде на рыночный успех. Масса людей ещё недавно зарабатывала на «художественных» биографиях Аллы Пугачевой. Они продавались как горячие пирожки, и не всегда инициировались её пиарщиками. Но с одной стороны, Пугачева, это Пугачева. А с другой, те, кто слушает Басту, не способны покупать и тем более читать книги Геласимова. Так что лучше бы автор не привязывал сконструированного героя к конкретному персонажу и ориентировался на читающую его адресную группу.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу