Смотреть трансляцию

Михаил Визель

Средняя Эдда

Дмитрий Захаров
Средняя Эдда

Другие книги автора

Дмитрий Захаров «Средняя Эдда»

Название третьего романа журналиста и пиарщика (точнее, “джиарщика”, специалиста по Government Relations) Дмитрия Захарова сразу настраивает на травестийный, в литературоведческом смысле, лад: не величавая космогоническая «Старшая Эдда» и не подробная реалистическая «Младшая…», а нечто среднее – ни то, ни сё. Точнее, и то, и сё.

Надо отдать должное автору: повествуя о страстях, кипящих в закрытой кастрюльке околомэрской и околокремлёвской медийной братии с неприметной надписью «Конюшня» на крышке, он последовательно выдерживает этот двойственный тон. С одной стороны – узнаваемые мельчайшие приметы московской жизни (и, вероятно, красноярской – но это виднее красноярцам) – а с другой, эти детали собираются в совершенно фантасмагорическую картину того, «как все устроено на самом деле». Так что вполне укоренённые в повседневности начальники информационных отделов, старшие аналитики, специальные корреспонденты крупных издательских домов, отрабатывающие за большие зарплаты-премии и за еще бòльшие откаты текущую информационную повестку дня и споро прoворачивающие специфические российские выборы, предстают какими-то скандинавскими богами с мечами и молотами, сошедшимися в битве под древом Иггдрасиль.

Признаться, часто хочется помотать головой и сказать: полно автор, да ты гонишь! Хватить демонизировать всякие «кувшинные рыла», казнокрадов и халдеев!

Но с другой стороны – когда он пишет, как сотрудник этой самой околомэрской Конюшни, откомандированный продавить в нужную сторону выборы в Новой Москве, не имея других аргументов, просто шваркает об пол смартфон наблюдателя, который снял на видео грубейшую открытую подтасовку, разве он гонит? Увы, любой человек, живший в России последние десять лет читал и слышал об этом неоднократно. А когда он пишет:

«Никакой ложки нет, говорили в «Матрице». Вот именно. Если бы наша оппозиция знала, с какой субстанцией имеет дело, думал Ас, она бы просто пришла на Тверскую и потребовала освободить кабинеты».

–  так ли это было? Страшно верить автору. И уж тем более страшно читать про «жужу» – изощренную пытку, которой подвергают арестованного левацкого активиста. Но нет оснований не верить человеку с бэкграундом Дмитрия Захарова.

«А кабинеты, кстати, и так уже наполовину пусты. По «коридорам власти» течет полноводный поток внезапных отпускников — срочно проведать маму, повидать дочь, подлечиться врачи советуют. Теперь на всё — «принесите оригинал приказа» и «без визы министра не принимаем». Даже если это какое-нибудь дурацкое согласование на рекламный плакат, которое раньше всегда было устным».

Такое на форумах «Новой газеты» не вычитаешь. Это только на личном опыте.

Обратим внимание: Ас – это Алесандр Сергеевич Олдин, руководитель этой самой медийной «Конюшни». И в то же время – как бы ас Один из Эдды. И так устроена вся книга.

Словом, со знанием фактуры здесь всё в порядке, с культурологическими параллелями и многослойностью – тоже. Сложности при чтении возникают, во-первых, с перенаселённостью: среднего размера роман насыщен героями как «Война и Мир», так что далеко не сразу удаётся запомнить кто таковы и кто друг другу эти молодые мужчины одного круга с усреднёнными русскими именами – Слава, Илья, Георгий, Дмитрий и т.д. А тут еще и повествовательная позиция то и дело перепрыгивает из головы одного героя в другого. Что читателю задачу не облегчает.

И во-вторых, с перегруженностью событиями. Магический графитчик Хиропрактик, чья жестокая сатира на истеблишмент получила вдруг неприятное свойств воплощаться (нарисовал кому-то лихую смерть – а он возьми да и в самом деле неожиданно умри), ожесточённая экологическая движуха в Красноярске, восточная мистика, романтическая любовь, дотошное описание зловонной предвыборной кухни, «болотное движение» (передвинутое почему-то на пять лет вперед, 2012 в 2017), крысиные «конюшенные» нравы – основные, дополнительные, контрапунктные сюжетные линии растут, параллелятся, и лишь изредка пересекаются, как ветви того самого Иггдрасиля.

Так что для того, чтобы в конце свести повествование в единое целое, автору приходятся делать неимоверное усилие – прямо-таки слышно, как трещат сюжетные ветви. Впрочем, трудно ждать стройности от романа, один из героев которого чувствует так:

«И вот теперь Георгий сидел внутри этого муляжа и думал, что всё происходящее напоминает историю даже не про сбой в матрице, а про более глубокий надлом реальности: черная дыра в фейковой вселенной внутри ее же декорации».

Конечно, от подробных умствований за версту разит Пелевиным. (Сдобренным при этом отсылкой к «Лавру» Водолазкина, с его вечной любовью-служением.) Что поделать: как сказали бы сами «конюшенные» – это не мы такие, это жизнь такая. 

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу