Смотреть трансляцию

Елена Георгиевская

Тетя Мотя

Майя Кучерская
Тетя Мотя

Другие книги автора

Майя Кучерская "Тетя Мотя"

Православная писательница Майя Кучерская посвящает сексопатологии значительную часть своего творчества. В раннем романе «Бог дождя» юная филологиня вместо того, чтобы найти нормального парня, платонически влюбляется в малопривлекательного священника («зато он богат духовно»), а нерастраченную энергию сублимирует, часами катаясь на велосипеде. Новое произведение Майи Александровны дарит читателям встречу со взрослой героиней. В сущности, это та же малахольная студенточка из «Бога дождя»: теперь ей уже за тридцать, и у неё новые проблемы на сексуальной почве.

Рецензия в журнале «Тайм Аут»: «Майя Кучерская написала отличный, сложный, красивый роман без единого провисания». По мне так, весь текст – сплошное провисание. «Зачем, - спросил один мой знакомый, - тётки за сорок читают муть типа Улицкой? Я долго думал над этим и наконец понял. Они ведь живут в мирке, забитом примитивной бытовухой: “Маня, я уронила кольцо, подаренное Колей, ой, я так долго его искала, а потом пришла тётя Катя – ну, ты знаешь, свекровь Наташи, у неё такой милипусенький ребёночек – родила, представляешь, в сорок пять лет! – и сказала, что я морковь неправильно чищу – как так неправильно?..” И Улицкая пишет о том же самом».

Нет, Кучерская не опускается до уровня Улицкой или, того хуже, Катишонок, которая пишет, по выражению петербургского читателя, в стиле «ручки и ножки моей рыбки». Она почти не сюсюкает и местами даже пытается изобразить что-то вроде рубленой прозы. Но всё равно получается снотворная бытовушная тёткость. Вот образчик стиля: «…уже забило по мозгам, застучало из той самой давней игры Теплого — красный-желтый-голубой шарики бессильно проваливались под ударами молоточка вниз, скатывались по деревянной горке на пол.

Да ведь каждую секунду она с мобильным, из рук не выпускает — как только забыла сегодня-то, видно, спешила, Теплого в бассейн вела, у них ко времени там определенному, проспали, а так даже в ванну идет, даже в туалете с ним, и эсэмэски все пишет. Звук давно отключен, чтоб не слышно, как приходит ответ. Думает, он не видит. А он видит, только плюет — мало ль кому, кто, куда. Тем более она и комментирует изредка: ой, Тишка проявилась. Или — Вероника… Или там — надо же, вот и Аленка. Подружки. Какие еще подружки! Урод. Коля уже снова оживлял проклятую черепашку, поглядел последние звонки — “Миш” звонил в каждый из последних дней. Вошел в Сообщения. Коля, Мама, Тиша, — от Мишки ни одной. Снова все выключил. Тьфу, забыл заглянуть в “Переданные” — может, там тоже что интересное? И вдруг устал что-то и не стал смотреть».

Подобные очаровательные картинки-ни-о-чём перемежаются неаппетитными постельными сценами (героиня неумело занимается любовью с какими-то потасканными мужиками), в связи с чем у неправославного читателя возникает вопрос: а это вообще для христиан нормально – писать эротику? Нет, ну мы все знаем, что русско-православные и напиваются, и траву курят, не говоря уже про обычные сигареты, и матом ругаются, и беззащитных девушек во время гей-парадов бьют. Но ведь должны же у них быть хоть какие-то ограничения. Или не должны – Иисус и так их простит? И за мегабайты нечитаемых семейных саг, полагаю, простит? Я тоже прощу, но считать это большой литературой – увольте. Даже по сравнению с сентиментальными романистками 19 века вроде Джин Стрэттон Портер это – смертельная тоска.

Если же цель воцерковлённой писательницы Кучерской – внушить отвращение к сексу, то претензии снимаются. Кому-то, возможно, и внушит.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу