Всероссийская литературная премия

Национальный бестселлер - 2020

s

16 апреля будет объявлен Короткий список премии

читать рецензии

Ежегодная всероссийская литературная премия. Вручается в Петербурге за лучшее, по мнению жюри, произведение, созданное на русском языке в текущем году.

Елена Одинокова

Не кормите и не трогайте пеликанов

Андрей Аствацатуров
Не кормите и не трогайте пеликанов

Другие книги автора

Не давайте пеликанам гашиш

У японцев есть Харуки Мураками, у русских — Андрей Аствацатуров. Их проза — как звучащая в хорошем ресторане ненавязчивая джазовая композиция, которую в определенный момент перестаешь слышать. Она состоит из негромких, тщательно подобранных звуков, которые никак не складываются в яркую, запоминающуюся мелодию. Вы спрашиваете себя, о чем эта книга, и по инерции продолжаете читать, прихлебывая кофе в каком-нибудь уютном заведении. А допив кофе, без сожаления закрываете этот роман, и вас не волнует, что там случится дальше. «Пеликанов» ни в коем случае нельзя читать в метро или на улице, уткнувшись носом в экран своего устройства. Иначе они пролетят над вашими нейронами, как фанера над Парижем или как боинг над Пулково.

Герой этой книги ходит по Лондону, размышляет и разговаривает. В одном из интервью автор признается, что это и есть герой нашего времени. Неприметный филолог Андрей со стертыми эмоциями. Человек не лишний, а неприметный, живущий своей жизнью и не горящий желанием врываться в чужие. Он любит эффектную и энергичную девушку Катю. Ну, как любит… Даже не может лично ей в этом признаться и поручает объяснение в любви лучшему другу Гвоздеву. По требованию Кати он отправляется в Лондон — она все уже решила за него. Прилетев из Парижа в Лондон, Катя не без гордости рассказывает, как у нее «все было» с Гвоздевым. Андрей ведет себя не как герой какого-то нашего времени, а как типичный кабинетный ученый, этакий Ося Брик. Да, она изменила. Что же теперь делать? Прежде всего принять ванну. Он звонит другу и вяло ругает этого бессовестного бывшего наркомана, который ему, кстати, многим обязан. Тот неловко объясняется: я, мол, рассказал Кате о твоей любви к ней, и она была так счастлива, что мы напились и занялись сексом. Да, в наше время среди интеллигентных мазохистов принято быть «тряпками», «куколдами» и изысканно переживать, глядя, как твою сексвайф имеет какой-нибудь альфач. А потом снова гулять по Сент-Джеймсскому парку с этой самой Катей, как будто ничего не произошло.

Помню вопль оскорбленной москвички где-то на просторах соцсетей: «Этих питерских ничем не прошибешь, у них нет секса, они только гуляют по паркам и кормят уточек». В нашем случае вместо уточек пеликаны. Встречая Катю в аэропорту, герой сталкивается со странноватым похожим на пеликана профессором, который сердито говорит: «Я же просил меня не встречать!» Но никто и не собирался встречать этого профессора, никто его не ждет. И радостная Катя, подбежав, спрашивает, что это за старый дебил, что ему надо.

Позже Катя сообщает, что нужно переехать в другой отель, в Хемпстеде, и рассказывает герою, что ее продюсера, Витю, убили. Теперь она опасается и за жизнь Андрея. Тот недоумевает: «Да кому я вообще нужен?» Ветреная Катя неверна герою, зато верна себе: вот она уже любезничает в ресторане с каким-то русским футболистом. Они обсуждают что-то связанное с убитым. Герою это знать не обязательно. Как и тот факт, что у Кати, оказывается, есть дочь, живущая с бабушкой. Катя чего-то боится, но чего?

Мураками сходит на нет, и вместо него всплывает то ли Антониони, то ли поздний Джармуш, то ли Карвай. Начинается медитативный, вязкий, криво и беспорядочно смонтированный «остросюжетный» артхаусный фильм типа «Фотоувеличения», «Чунцинского экспресса» или «Пределов контроля».

У Кати уже все «разрулено». Андрей снова гуляет по Великобритании, неохотно слушает Катины байки о том, как тот потрахался, этот потрахался. И, тоскуя, вспоминает интеллектуальные беседы с учеными коллегами.

Катина система ценностей (красиво пожить, потрахаться, позагорать в Таиланде) неумолимо сталкивается с его системой ценностей (Браунинг, Шекспир, Батай, Сартр, преподавание, уютные посиделки с Садулаевым и Айрапетяном). Катя упрекает героя в том, что он «не пробовал жить». Поэтому он сволочь, трус и ничтожество. Катя выгоняет его, и герой летит домой в Питер. А заодно «пытается жить», прихватив по совету Гвоздева некий груз. Лёня же извинился, они по-прежнему друзья, а кроме того, герою больше не к кому было обратиться в Лондоне, чтобы найти «вписку». Жизнь неприметного куколда не усыпана розами. На вписке у русского айтишника по кличке Джек Андрей знакомится с богатой девушкой Мисси, у которой на груди видит изображение пеликана. Грубоватая Мисси делится с ним своей немудрящей «философией». В Европе, мол, гораздо лучше трахаться, чем в США, поэтому американские писатели уезжали в Европу. А русским в СССР нельзя было иметь свое мнение, такая у них была «философия». Мисси обвиняет героя в мизогинии, но не прочь заняться с ним сексом.

В некоем чемоданчике вовсе не чай и не свечи от геморроя. Кому-то очень нужен этот багаж, этот таинственный «макгаффин», как называют непонятный, но важный груз киноманы. В аэропорту Пулково герой боится получать багаж с этим самым макгаффином. Гвоздев торопит его и советует в случае опасности смыть все в унитаз. Затем герой снова вспоминает Катю и т. д. Пока герой сидит в самолете, попутчик-одессит жалуется, что в Одессе есть все, кроме пеликанов. Их не заменят «маразматические чайки». Постоянные флешбеки, кстати, ощутимо мешают воспринимать текст и нарушают связность повествования, но какой-то запредельной идейной нагрузки они не несут. Линчу простительно издеваться над зрителем, гоняя его туда-сюда по сюжетной канве, но, обожемой, в РФ не так много читателей, которые будут продираться сквозь время и пространство русскоязычных новинок.

Сперва все думают, что в чемодане гашиш. Довольно глупо, замечу, возить его из Марракеша через Лондон, когда рядом Украина и Таджикистан, да и в Краснодаре конопля растет неплохо. Возили бы лучше кокаин. Андрея предсказуемо перехватывают в аэропорту и ведут в «аквариум» для беседы. К счастью, макгаффин оказывается обычными свечами от геморроя. Когда герой возвращается домой, Катя по телефону ругает его за то, что «таскался за какими-то шлюхами». Андрей снова преподает и понимает, что вот это и есть настоящая, полная жизнь. Правда, зарплата не очень.

На этом пределы моего контроля заканчиваются. Дальнейшие сто страниц отданы захватывающим университетским будням с яростными флэшбеками сверху вниз наискосок. Кормить, а тем более трогать пеликанов я не буду, пусть их кормит Мураками. А в это время в Сент-Джеймсском парке красивый сильный лебедь хлопает крыльями и не может взлететь, точь-в-точь как современная российская проза.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу