Всероссийская литературная премия

Национальный бестселлер - 2020

s

Работает Большое жюри премии

читать рецензии

Ежегодная всероссийская литературная премия. Вручается в Петербурге за лучшее, по мнению жюри, произведение, созданное на русском языке в текущем году.

Сергей Коровин

Уран

Ольга Погодина-Кузмина
Уран

Другие книги автора

Ольга Погодина-Кузмина «Уран»

Перед нами масштабное полотно, имеющее многофигурную композицию, — текст просто завален бесчисленными деталями, персонажами и их портретами, биографиями, историческими документами и прочими ингредиентами, составляющими вполне себе насыщенную кастрюлю с солянкой или с чем-то в этом роде. Говорят, что на вкус и цвет товарищей нет. И правильно, кому подай арбуз, а кому — свиной хрящик. Найдутся любители и этого хлебова, ведь для каждого осла где-то травка проросла.

Посмотрим, кто у нас герой? Это довольно сложно определить — текст начинается с околесицы, которую несет некто под псевдонимом агент U235, производящий впечатление ну пусть и не полного идиота, но вполне себе одержимого. Впоследствии мы еще не раз обнаружим подобные монологи, которые, кстати, никакого значения в фабуле не имеют. Следующим появляется инженер Воронцов, представляющийся более разумным персонажем и совершающий до поры какие-то вполне человеческие поступки. Постепенно появляются и другие действующие лица — директор, сыщик, прачка, ее бывший муж, шофер, лесные бандиты-националисты, лагерные уголовники, жены и дочери персонажей и так далее, совершающие поступки или просто появляющиеся и исчезающие, случаются убийства, встречаются раздумья, сомнения, влюбленности, чьи-то непонятные выходки, — очевидно, это требуется для передачи определенной послевоенной атмосферы, когда у всех уцелевших в войне крыша несколько поехавши. Директор, например, смахивает на гоголевского городничего. Нам приходилось в те же годы бывать приблизительно в тех же местах, видеть того же директора этого комбината в приватной обстановке, наблюдать его дачу в Усть-Нарве, где постоянно бегала его овчарка. Близкие нам люди бывали в Силламяэ, нам доводилось даже проводить каникулы в пионерском лагере этого комбината, правда, на пару лет позже описываемых времен, но каких-то особых ужасов в жизни этого городишки людская молва не доносила. Основной контингент покойников в те годы составляли воскресные утопленники и работники производства, загнувшиеся от лучевой болезни, которых тот же Гуков (настоящая фамилия директора) приказывал посмертно диагностировать как тех же утопленников или бытовых удавленников, чтобы никто не догадался — охраны труда на подобных производствах тогда не было практически никакой, а воскресные по пьянке утопленники, сильно поеденные корюшкой, начинали всплывать по средам.

В целом атмосфера в тех краях была идиллической, эстонцев можно было по пальцам пересчитать — рыбаки, молочницы, а уж ни о каких «лесных братьях» даже в детских страшилках не было слышно. Просто не верится, что в непосредственной близости от стратегического объекта скрывались какие-то местные партизаны, и что на строительстве работали откровенные шпионы — это об исторической правде.

Так же совершенно нереально выглядит и побег на лодке в море — в описываемые времена с наступлением темноты на пляжах Нарвского залива проводилась контрольно-следовая полоса, полоса непрерывно контролировалась конными пограничными нарядами, то есть, не то что отплыть, а просто к подошедшему к воде мгновенно подкатывали погранцы. Рыбаки, выходящие на промысел, регистрировались в портнадзоре, то есть без документов на судно и лицензии на промысел выхода не было, и никто бы этого придурка не выпустил. И вообще, сама идея свинчивания за рубеж являлась плодом шизофренического, или какое там еще бывает, сознания ненормального, воображавшего себя каким-то агентом каких-то разведок, а по сути лепившего зайчиков из собственного говна. Значит, тоже не герой — какой-же герой, когда у него грязные урки жопу отожрали?

Может, в качестве героя выступает прачка Таисия, которую по ее душевной доброте имеют все, кому не лень? Возможно, потому, что автор к ней явно не равнодушна и хоть и испытывает самыми изощренными испытаниями, себя с ней отождествляет и смакует каждое сладкое принуждение к сексу, а в сцене откровенного изнасилования даже испытывает доселе недоступный оргазм.

И все-таки, о чем роман? О строительстве предприятия? О шпионах и бандитах? О национально-освободительном движении против оккупации Эстонии? О застенках сталинского архипелага? О нелегкой женской доле? Да бес его знает! Нам остается только удивляться тому, что автор изменил своей любимой теме со сладким именем гомосексуализм — в тексте мы встречаем только пару эпизодов содомии, а этого явно мало, чтобы претендовать на гордое звание национального бестселлера.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу