Всероссийская литературная премия

Национальный бестселлер - 2020

s

опубликован Короткий список премии

смотреть

Ежегодная всероссийская литературная премия. Вручается в Петербурге за лучшее, по мнению жюри, произведение, созданное на русском языке в текущем году.

Анна Жучкова

Добыть Тарковского

Павел Селуков
Добыть Тарковского

Другие книги автора

Павел Селуков «Добыть Тарковского»

Павел Селуков –  хороший парень с рабочих окраин Перми. Недавно у него вышло интервью, выложенное Леонидом Юзефовичем в Фейсбуке. Там сказано, что у Павла и «популярности особой не было, пока 1 мая 2018 года известный писатель Леонид Юзефович не перепостил рассказ Селукова с комплиментарным комментарием»[1]. А еще, что Павел меняется, идет от прежнего себя к лучшему, ведь раньше он «не общался с такими людьми, как писатель Леонид Юзефович, правозащитник Игорь Аверкиев».

Читать Павел Селуков начал для девушки, которой понравиться хотел. Писать – потому что этот процесс понравился ему самому. «Я кайфую от процесса написания текстов. Стал меньше пить. Мой писательский кайф выместил другие»[2]. Как не порадоваться за пермского рабочего! Непонятно только, почему этот литературный онанизм выдвинут на Нацбест. Есть многое на свете, друг Горацио... Но тренируется парень хорошо. Сейчас роман пишет – летом выйдет, потом «поедет на литературный фестиваль в Иркутск»[3].

Он ведь как начал: поставил задачу – писать в фейсбук по одному рассказу в день. И два года ее выполнял. В результате научился быстро и технично писать... анекдоты. Жанр анекдота пришел из средневековой литературы и изначально подразумевал рассказ о событии, забавном случае из жизни. Рассказывание случаев из жизни с годами становилось все более лаконичным, смешным и дошло до формы современного анекдота. Тексты Павла Селукова, как доказательство повторения онтогенезом филогенеза, позволяют полюбоваться жанром анекдота в его первичном, средневековом состоянии. Пошли мальчик и девочка трахаться на озеро, а за ними мужики увязались. И хотели уже девочку изнасиловать (ибо мальчик так себе защитник), но появился другой мужик и их прогнал. Поехал мажор на мотоцикле кататься, а на дороге девушка голосует – брат в лесу ногу поранил. Мажор брата до больнички подвез, потом с девушкой слюбился, но без члена. «Не зря Микеланджело ваял Давида с небольшим аккуратным членом. Он полагал, что большой член не только уродлив визуально, но и, как символ приапизма, крайне вульгарен в идейном смысле. Секс на первом свидании из той же оперы». Да... А потом мажор решил девушку к себе увезти. Посадил ее на лошадь, то бишь на мотоцикл, – и погнал. А там смотрит – девушки-то сзади и нет. Не захотела полонянкой быть. Спрыгнула на ходу. Он вернулся, нашел труп и на обочине прикопал. Кажется, это все, что я помню из книги. Стираются, понимаешь, анекдоты из памяти, прыг-­шмыг ­– и нету. Вроде только прочитала, а уж и не помню ничего кроме общей убогости текста.

Тут сравнивали Селукова с Чеховым. Или он сам себя сравнивал? А, да! В интервью журналистка два раза спрашивала: на кого, мол, равняетесь? И он дважды честно отвечал: на Чехова. (Интересно, зачем в начале и в конце интервью задавать один и тот же вопрос?) Так вот от Чехова, даже раннего, рассказы Селукова отличаются следующим – Чехонте подмечает психологические нюансы человеческого поведения. Показывает то, мимо чего в обычной жизни мы проходим, не осмысливая. У Селукова же никакой психологии нет. Обычный разговор за пивасом, нулевой градус сознания: слышь, чувак, прикинь, а этот вчера вон чо...

«Назад надо идти. Нал с рыжьём не нашли. Похер на этих цыган. Закончим. Гоша взвился: — Ты пизданутый? Ты мента готов был завалить. Не пойду никуда».

«Так мне он противен стал, что я к нему шагнул и въёб в нос. Тот упал. Я ногой въёб. И еще раз. Замесил, как зверька. Нехуй мне тут, блядь! Ушел со стройки. С перфоратором. Продал на металлке. Забухал».

Но есть в книге и пуант – заглавный рассказ «Добыть Тарковского». До него я думала, что вкралась опечатка и книга должна называться «Добить Тарковского». Однако рассказ все прояснил: герой занялся самообразованием. После этого рассказа словесные экзерсисы без начала и конца ради красного словца сменяются историями с парой-тройкой эпизодов.  Например: жители Перми от долгой зимы каждый год учиняют злодейства, а мэр, чтобы это прекратить, решает принести жертву.  Герои думают, кого в жертву-то? Бомжа, или велосипедиста, или, может, девственницу, хотя с ними сложнее. И год за годом мочат жертв. Однако не помогает.  

Напоследок хочу повторить – хороший Селуков парень, добрый. Прочитаешь книжку от корки до корки, закроешь и понимаешь – добрый человек написал. Я не шучу. Этим, кстати, он от предыдущего ученика Л. Юзефовича, Захара Прилепина, сильно отличается. Что не может не радовать.

[1]https://rusmir.media/2020/04/05/selukov?fbclid=IwAR2yzAHbvQCeOwxQyZ3q4IEUtm7TS1wBwFOtyz_QYtfidBxVTGONmieOvS4

[2] Там же

[3] Там же

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу