Смотреть трансляцию

Павел Крусанов

Птичий грипп

Сергей Шаргунов
Птичий грипп

Другие книги автора

Сергей Шаргунов "Птичий грипп"

Молодой социолог Степан Неверов под предлогом изучения различных молодежных движений по очереди сближается с лидерами формальных и неформальных групп (брезгуя субкультурой и отдавая предпочтение лишь в той или иной мере политизированным образованиям), таким образом путешествуя и, подобно Вергилию, проводя за собой читателя по лабиринтам многополярного политического ландшафта современной России. Некоторые полюса при этом отчего-то оставлены за скобками, как, например, Евразийский Союз Молодежи или православные молодежные объединения. Мотивы такого пренебрежения не очень ясны. Главный персонаж романа автору определенно не нравится, обаяния в нем никакого, так что ничуть не удивляешься, когда выясняется, что Степан – платный осведомитель фээсбэшника Ярика, натурального держиморды, по должности присматривающего за политическими молодежными организациями. (Странная история: главный персонаж, как правило, должен нести в себе определенное обаяние, даже если это отрицательный персонаж и его обаяние – всего лишь соблазн греха. Шаргунов, однако же, ничего привлекательного в своем персонаже не находит, так что и для читателя этот образ остается какой-то вялой, невыразительной куклой без огня, без порыва, без жизни.) Описанные молодежные лидеры, равно как и возглавляемые ими движения, равно как и действующие в романе фигуры политического Олимпа, подчас портретно и документально выдернуты из жизни, но вместе с тем определенно полуреальны, олитературены. В этом смысле «Птичий грипп» – нечто среднее между очеркистикой в ключе Гиляровского и политическим памфлетом в ключе Свифта. Лучшие главы, такие как «Кумачовая грудь снегиря», где мироточит вырезанная из школьного советского учебника картинка с изображением Ильича, прикнопленная к шкафу молодого коммуниста Огурцова, или «Счастливый Соловушка», где обнажается тайный смысл молодежной организации «Птенцы Счастливости», состоящий в привлечении к движению юных спортсменов и последующего потрошения их ради дефицитных органов, – впечатляют и вызывают сильные чувства. Однако никак не отделаться от ощущения журнализма в авторском подходе к собственному тексту – внимание к медийному шуму повседневности и погоня за жареным перевешивают в авторе тягу к вслушиванию в трепет внутренних струн персонажей. При этом кажущаяся коллажность романа обманчива – композиционно он завершен, и все хвостики здесь подвязаны в узелки. В финале науськанные спецслужбами погромщики кроят черепа и ломают кости революционерам-неформалам, а поздно раскаявшийся стукач Степан Неверов вонзает вилку в горло палача-Ярика. Шаргунов пытается быть отстраненным и не демонстрировать личных пристрастий, но буквы, которыми описаны нацболы и орел Ваня Шурандин, явно теплее тех, какие достались движению «Ниша», Кондратию Зубкову и Денису Соловью.

Роман экспрессивен, на нерве, но в художественном плане довольно скуп: основной упор, как уже упоминалось, сделан тут на актуальность, на сиюминутную узнаваемость, на вибрации сегодняшнего дня. Это характерно для всего направления «новой искренности», к которому Шаргунова есть все основания относить. Режет глаз стилистическая небрежность, которую автор порой нарочито выдает за прием, но как прием она, тем не менее, не работает. Вот несколько примеров: «Темнели редкие пассажиры, закисшие носами в окна»; «Сомкнулись тесным и голым, не считая плавок, кругом…»; «Люди жрут и пьют, выгуливаясь мимо парапета…»; «Под крючьями на скамье мрачно сидел крупный охранник, весь как бы состоящий из мрачных колбас, разной степени копчености»; «Мужским голосом просителя говорил темный человек»; «– Витя, не спи, бабло просрешь… – по-барски расхохотался зубами Кондратий». И так далее. Что еще? Да, приведенные в тексте стихи Степана Неверова – ужасны.

Шаргунов, безусловно, писатель и имеет представление о сверхзадаче, однако создается впечатление, что конъюнктура момента не позволяет ему заняться своим делом (литературой) с полным в него погружением, отринув соблазны актуальности и прочую тщету. А отринуть их следует. И сделать это надо решительно.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу