Герман Садулаев

Сияние

София Синицкая
Сияние "жеможаха"

Другие книги автора

София Синицкая «Сияние «Жеможаха»

Целая трилогия! Из трёх повестей. Первая повесть про Сергея Мироновича Кирова, как он трахал балерину и как его убили, ножичком во дворике зарезали, и про сталинские лагеря. Вторая повесть про блокаду Ленинграда, про войну и опять про сталинские лагеря. Третья повесть тоже про войну, про брошенный дом стариков и инвалидов и про блокаду. И про сталинские лагеря. Но это не какой-нибудь исторический реализм и не жанр «детиарбата». Фантасмагория в полный рост. Гротеск. Где-то веет Хармсом, где-то Андреем Платоновым сквозит, ну и Павлом Пепперштейном попахивает с его незабвенной «Мифогенной любовью каст». А местами напоминает «Цветочный крест» Елены Колядиной.

Вот обширная цитата, показывающая и стиль и, в некотором смысле, замысел книжки: «…храброе немецкое войско вступило в проклятые земли, кишащие нечистью, которая помогает партизанам; по лесу бегают упыри, женщины сожительствуют с дьяволом, от этого союза рождаются оборотни-диверсанты; в новгородской следует уничтожить всё живое, организовать «зону пустыни» имени фюрера; скоро, скоро случится Рагнарёк, конец света – волки Фенрир и Хати пожрут месяц, солнце, Старое Свинухово и Холуи, из глубин Полы всплывёт вуивр Ёрмунганд и разрушит среднюю школу Кневицкого сельсовета».

Язык хороший, образный. Литературный. Много авторских неологизмов, некоторые как бы из неправильного произношения сделаны, а другие так. Фамилии сплошь и рядом «говорящие», например, мелкий персонаж из ОГПУ именуется «Тихогнидовым». Сюжетные линии, ведущие и связывающие невероятное множество героев трёх повестей, выписаны старательно, аккуратно. Есть и библейские аллюзии, в том же самом названии – «Жеможаха». В общем, хорошо сделанная книжка, литературный опыт и эксперимент.

А если читателю показалось, что книжка наполнена змеиным ядом ненависти к советскому народу и жесточайшей патологической русофобией, то это его, читателя, проблемы. На самом деле это просто такие литературные приёмы. Когда у Пепперштейна красноармеец голодающую девочку в Ленинграде спасал, скармливая ей свою сперму непосредственно с члена, сперму вкусную и питательную, так как красноармеец предварительно хорошо поел сгущёнки, это же было не оскорбление памяти и красноармейцев, и блокадников, а просто литературный метод, постмодернизм. Вот и здесь тоже. Какой-нибудь магический некрореализм. Наверное.  

И если есть у этой книжки проблемы, то они не в том, что она антисоветская и русофобская, не в том, что она привычно-очернительская, не в том, что образно-«магически» пере-наворочена. А в том, что она скучная. Вот наворотила автор всего: и зверства чекистов есть, и лагеря, и кикиморы, и оборотни, и фашисты, и партизаны, и любовь до гроба, и трогательные детишки, и трогательные детишки, умирающие от голода, и ангелы, и вообще загробная жизнь, всё есть. А читать скучно. Извините. 

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу