Смотреть трансляцию

Анна Жучкова

Чтобы сказать ему

Марта Кетро
Чтобы сказать ему

Другие книги автора

Женщина, которая живет

Считается ли писателем блогер, издавший свои посты? Нет, как и геймер не считается создателем виртуальных миров. У блогера, как и у геймера, нет цели создать новый мир. Его цель — оставить отпечаток в этом.

Чем чётче отпечаток, тем популярнее блогер. Книга — способ отпечататься поглубже. Вы ещё не опубликовали книгу? Ну что вы, в этом сезоне так не носят. И полки книжных магазинов наполняют собрания фейсбучных постов В. Гуриева, Л. Тихоновой, О. Бешлей и др. Можно перетасовать аннотации, но никто не заметит, так как характеристики у них общие, и их две: наблюдательно, с юмором.

На первый взгляд, книга Марты Кетро из той же серии, ведь Марта — популярный блогер. Но вот что странно: жизненные наблюдения в блоге и в книге примерно равны, а по языку книга иная. Она проигрывает сетевым записям, которые смешнее, смелее, злее. В чём же дело?

В том, что Марта написала книгу, а не издала сборник постов. Книга сделана по-другому и говорит на другом языке. Голосом не Марты, а персонажей, травы, листьев и океана.

«Чтобы сказать ему» Марта писала восемь с половиной лет, чтобы сказать сыну о любви. Инстинктивная, оглушающая любовь живёт, как известно, три года. Потом она трансформируется, перетекая из одного состояния в другое. И так различны эти ощущения в разные периоды жизни, что подчас непонятно: есть ли она, любовь? Героиня книги Дора (Долорес) отправляется в изменившийся после катастрофы мир, как в страну Оз, на поиски взрослого сына и своей любви к нему. По пути, как и положено в сказке, она находит друзей-помощников и себя самое.

Женщине в себе, а значит и всем женщинам, адресована эта книга, написанная, чтобы сказатьо взрослении и старости, о принятии и красоте. Персонажи рассказывают Доре истории своей жизни, и постепенно книга становится не сказкой, а сказкотерапией. Как целительница Анабель синхронизируется с человеком и ведет его за собой, так Дора, ласково прикасаясь к уродливым телам и судьбам своих попутчиков, ведёт их к уверенности в себе. Когда мы готовы принять человека таким, какой он есть, поверить в него — случается чудо: «Анабель задержалась перед усталой немолодой женщиной по имени Рокси, и тут подстройка произошла ещё быстрее, а потом Рокси-Анабель стала на глазах сбрасывать возраст и тяжесть, будто скинула огромную шубу, и под ней обнаружилась молодая нежная девушка. Нет, Рокси не похудела разом на шестьдесят фунтов, но стала лёгкой, беззаботной и очень юной. И когда Анабель прервала связь, Рокси заплакала и засмеялась звонким девчачьим смехом, который никто не слышал от неё лет двадцать, а между тем он всегда жил у неё внутри».

У каждого персонажа своя история, но все они — проекции героини, фигуры её внутреннего мира. Как в расстановках, здесь не важно, кто какую играет роль, важны линии напряжения: обида, ревность, одиночество — и их отработка.

Символичен даже апокалипсис, единственное фантастическое допущение в книге: не зомби, не химическая авария, не пришельцы, а ветхозаветный Потоп, метафора возвращения человека к природе (и чувствам, если считать воду стихией женственности). После Потопа разрушена информационная сеть, потеряны технологии, океан подступил ближе, а город в ответ еще больше замкнулся в себе. Героиня уходит из города к океану, началу всего живого. И учится заново видеть мир: «абстрактный “лес” распался на отдельные деревья, а “трава” — на отдельные растения, некоторые она узнавала и могла использовать». Теперь Дора «узнавала чистые ключи там, где раньше увидела бы только лужу».

Постапокалиптическое допущение нужно, чтобы из современности вернуться в детство, когда при насморке закапывали луковый сок, а к ранкам прикладывали подорожник. И, заново прожив детские обиды и страхи, найти выход во взрослость. Это книга о героине нашего времени, со свойственными ей, то есть нам, недолюбленностью, отчуждённостью, отсутствием доверия к миру, неуверенностью в себе. Книга проговаривает, приводит к осознанию скрытые раны и страхи. Но по способу взаимодействия с читателем напоминает не художественную прозу, а отрывные календари, где на каждый день приходится страничка с рецептом, крылатой фразой или ценным советом. И потому – не национальный бестселлер.

(Впервые опубликовано на сайте Текстура.)

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу