Татьяна Леонтьева

Стрим

Иван Шипнигов
Стрим

Другие книги автора

Языковая модель Родины

По содержанию роман Ивана Шипнигова весьма актуален, а по форме так и вовсе шедеврален. И как это раньше никто до такого не додумался?

Что сделал Шипнигов: он изложил историю от лица разных персонажей, каждого наделив выразительным речевым портретом. Герои как бы передают друг другу эстафету, главы-монологи разных персонажей чередуются, а у читателя выстраивается полная картина событий — тем более многогранная, чем больше рассказчиков в повествование включается. Сам по себе такой прием не нов, но вот язык, который понадобился автору для выражения мыслей героев… О, что это за язык!

Большинство героев «Стрима» — современные молодые люди, которые не могут похвастаться эрудицией. Язык их беден, скуден и пестрит стилистическими ошибками. Автор воссоздает эти речевые потоки, работая на всех уровнях: и на уровне синтаксиса, и на уровне лексики, и даже орфография и пунктуация человека безграмотного имитированы убедительно.

На первый взгляд может показаться, что это очень просто: взял, посмотрел, как нынче в интернете люди пишут, полистал чаты, проникся и заговорил чужим голосом. На самом деле — ничего подобного. Перед нами результат колоссального многолетнего труда. Результат серьезного лингвистического исследования, отлитый в художественную ироничную форму.

Любопытно было бы узнать, каким образом автор собирал материал для голосов героев. Предполагаю, что здесь возможны два варианта: собственно наблюдения (элементы, взятые прямо из жизни в готовом виде) и конструирование новых ошибок по образцу уже имеющихся.

Из жизни, с пылу с жару берутся такие неправильности, как «вообщем» и «вобще», «будующее», «экспрессо» и т. п.

А по образцу выстраиваются многочисленные плеоназмы, тавтологии и повторы. Здесь можно обойтись и без конкретных подслушанных примеров: «запасены в запасе», «здоровая забота о здоровье», «не позволяет мне позволить» — таких конструкций можно наплодить сколько угодно.

Еще один авторский прием — немотивированная замена компонента в составе фразеологизма. А также контаминация элементов разных фразеологизмов. Да, это очень знакомо. Многие наши современники желают изъясняться красиво, но не имеют достаточного читательского опыта. В итоге ими порождаются такие гибриды, как «львиная часть», «мы в ответе за тех кого приучили», «разного полета ягоды» и прочее.

Признаться, и я неравнодушна к таким ошибкам. Обращаю внимание на самые яркие и записываю. Бесцельно, просто от удивления. В моей коллекции есть такие ценные экспонаты, как «притча во язах», «гроша выеденного не стоит» и «хоть кол на голове чеши». И вот ведь в чем дело: нарочно такое не придумаешь! Не каждый день услышишь. Но у Шипнигова этого добра так много, что кажется — автор специально открывал словарь крылатых выражений, рубил фразы на куски и перемешивал части. И, что интересно, ему прекрасно это удалось. Тонкая, искусная стилизация, которую мог создать только писатель, обладающий безукоризненным слухом и языковым чутьем. Браво!

Не все герои романа косноязычны. Постепенно количество персонажей растет, связи расширяются в довольно сложную схему знакомств и отношений — и вот мы уже понимаем, что автор работает на контрастах. Сначала мы следим за жизнью неграмотного простачка Леши и гламурной продавщицы Наташи, но вскоре к ним присоединяются вполне интеллигентный пенсионер; филологическая дева, трепетно относящаяся к языку; бизнесмен и бизнесвумен, способные внятно излагать свои мысли, и т. д. Таким образом автору удается охватить довольно широкий спектр стилей и нарративов.

Ценно и то, что имитация ошибок в случае «Стрима» — не просто забава. Шипнигов очень вдумчиво подошел к поставленной задаче: каждый из монологов, будь он корявый или изысканный, — отражает уровень сознания и языковую картину мира героя. Как и положено.

Вдвойне ценно то, что автор ни над кем не насмехается. Он имеет равное уважение и к интеллектуалу, и к гопнику с окраин. Если и смеется над современным просторечием, то любя. Не свысока, а так, очень по-человечески.

…О чем роман? О жизни разных людей в современной Москве, о поисках успеха, счастья и любви. Возможно, тема покорения столицы и не нова, но актуальность она обретает благодаря приметам современности. «Тиндер», соцсети, сторителлинг, стендапы, ютуб-каналы и собственно стримы — вот среда, в которой самоутверждаются новые герои.

Кроме того, Шипнигов выстраивает свой собственный образ Москвы, «модель Родины», в которой различные классы общества очень слабо обособлены друг от друга и всегда готовы перемешаться. Эти размытые границы дают героям и шанс для роста, и риск падения.

В исходных данных статусы героев контрастируют так же сильно, как и языковые личности. Однако вскоре все эти плохо совместимые друг с другом лица волей автора оказываются в одном котле и варятся в одном сюжете. В романе переплетаются судьбы коренных москвичей и «понаехавших», богатых и бедных, состоявшихся и неудачников, интеллектуалов и невежд. Сюжет двигается за счет того, что автор сводит тех, кто друг другу совсем не подходит. Так, по Шипнигову, устроена Москва: в ней одинокий пенсионер может подружиться с молодежью, а «помощник бугалтера» — жениться на филологической деве, грубый охранник из Выхино — покорить сердце девушки, приехавшей из Лондона, и т. д.

Возможно, этот взгляд — результат долгих наблюдений за устройством московского общества. Но по прочтении романа остается ощущение, что от начала к финалу текст несколько теряет изначально заявленную реалистичность. Коллизии то и дело раскачиваются по шкале «верю — не верю».

Леша и Наташа снимают одну квартиру на двоих, потому что зарплаты не позволяют снимать самостоятельно, — верю (типичная ситуация для Москвы). Леша решает поухаживать за соседом-пенсионером, чтобы тот завещал ему квартиру, — тоже верю (бывает). Сосед пускает Лешу на порог и начинает с ним общаться — не верю (культура добрососедства в наши дни сошла на нет, люди не здороваются в подъезде, не открывают двери, не отвечают на звонки домофонов). Выделяет ему долю в своей собственности по доброте душевной — опять не верю (сильно поухаживать за ним Леша и не успел, кроме того, пенсионер еще полон сил и в финале даже устраивает свою личную жизнь).

Подрывает реалистичную основу и некоторая художественная условность. В какой-то момент автор прекращает набор персонажей и больше в компанию никого не пускает. Из обозначенного круга каждый герой будет вынужден выйти, выбрав себе пару, и никак иначе. Мы увидим, что если у героя А не сложилось с героиней Б, то рано или поздно он сойдется с героиней В или Г. Автор всех переженит.

Может быть, именно любовь к героям сыграла с автором злую шутку. Уж настолько он привязался к своим персонажам, пока сочинял их языковые личности, что в финале побоялся оставить кого-то обиженным. Да, кое-какие невзгоды выпали на долю персонажей, но в конечном итоге все герои выросли и нашли свое место в жизни, эволюционировали и обогатились от взаимовлияния. Интеллектуалы отбросили снобизм и взяли на вооружение жаргонные словечки, а невежды пополнили свой культурный багаж и даже заговорили более грамотно. Эволюция речи отражает и эволюцию самого героя, усложнение его картины мира. Как и положено.

Несмотря на эти условности и излишний оптимизм, можно сказать с уверенностью, что роман состоялся. Ну вот так автор распорядился судьбами своих героев — значит, так тому и быть. Победителей не судят, а «Стрим» — это однозначная победа и литературное событие.

Любовь к героям передается и нам, за их похождениями следишь с интересом и волнением. С этой книгой в руках я испытала радость открытия и настоящее читательское счастье.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу