Митя Самойлов

Соня, уйди!

Екатерина Барбаняга, Павел Басинский
Соня, уйди!

Павел Басинский "Соня, уйди!"

Это биография Софьи Андреевны Берс, в замужестве Толстой, написанная в формате диалога большого специалиста по Толстому Павла Басинского и журналистки Екатерины Барбаняги.

Хотелось бы напомнить, что на сайте премии “Национальный бестселлер” есть целый раздел, который называется “Почему в Нацбесте не участвуют биографии”. Это даже не среди часто задаваемых вопросов, не на странице “Положение о премии”, это раздел. Наполнение этого раздела — колонка покойного Виктора Топорова от 2008 года, которая и отвечает на вопрос.

На автора жизнеописания падает отсвет славы его героя. Про Булгакова или про Пастернака членам жюри читать интереснее, чем про рублевских жен, офисный планктон или распоясавшуюся кремлядь. Булгакова или Пастернака (а ведь кто-нибудь наверняка напишет и про Мандельштама) хочется «поощрить». Это поощрение льстит прежде всего тебе самому. А в результате авторы жизнеописаний получают перед прозаиками, пишущими «про заек», колоссальную фору”.

Любое жизнеописание – это прежде всего компиляция.”

“Произведения, написанные «в жанре «ЖЗЛ», мы впредь к общему конкурсу допускать не будем”.

Но что-то поменялось, решили, что называется, не жестить. Биография, так биография.

Павел Басинский — автор самых читаемых и, позволю сказать, лучших книг о Толстом. “Бегство из рая” и “Лев Толстой — свободный человек” — просто исчерпывающие жизнеописания системообразующего русского писателя, но кажется, Басинский может написать о Толстом еще книг десять, и ни разу не повториться.

Потому что тема в этом случае значительно больше чем любая попытка ее осмысления.

В этот раз Басинский решил написать биографию Софьи Андреевны как самостоятельной женщины, а не жены Толстого. Книга, как уже было сказано, построена в виде диалога двух авторов. Это ход довольно модный, но не очень удачный. Басинскому не удается сохранить свой легкий, но приближающийся к академическому стиль, однако, и добиться непосредственности дружеского разговора тоже не получается. Это будто какая-то вымученная переписка, которую было бы уместно завернуть в подкаст или стрим.

В конце концов, вопрос то стоит только один и тот в самом начале — существует ли Софья Андреевна без Толстого? Да, она по каким-то мутным свидетельствам то ли семь то ли четырнадцать раз переписывала “Войну и мир”. Автор, во-первых, развенчивает этот миф, а, во-вторых, подводит читателя к мысли о том, что главное, чтобы было что переписывать.

Да, топилась, да была в общей сложности беременна 10 лет, да не испытывала на себе должного и заслуженного внимания мужа. Да, быть женой графа и гения тяжело. А что быть женой крестьянина легче? Мягко говоря, нет.

В этом смысле книга до известной степени соответствует актуальному феминистскому вектору — мы понимаем, что быть женщиной в принципе тяжело, или как пел Джон Леннон — “Woman is the nigger of the world. Woman is the slave of the slaves”. Всё так, всё так.

Многие из беременностей были трудными, роды затяжными, обезболивания при родах тогда не предполагалось. Очень трудно давалось ей кормление детей. Не могу без содрогания читать место в мемуарах Софьи Андреевны, где она кормит грудью сына Андрюшу, и врач умоляет ее бросить его кормить своей грудью, потому что у нее «сосцы отвалятся», а она все-таки продолжает” — вопиют авторы книги. И, действительно, проникаешься искренним сочувствием к героине.

Подобного из текста можно черпать ведрами — об отношения дома, о литературной полемике Софьи Андреевны с “Крейцеровой сонатой”, о том, как сестры Берс дружили друг против друга

Но получаем ли мы ответ на главный вопрос? Читали ли бы мы биографию Софьи Андреевны Берс, если бы она не была Толстой?

Нет, не читали бы. Но не Софьи Андреевны в том вина.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу