Всероссийская литературная премия

Национальный бестселлер - 2021

s

Сергей Беляков

Павел Чжан и прочие речные твари

Вера Богданова
Павел Чжан и прочие речные твари

Другие книги автора

Ускользающее зло

Зло, даже если оно наказано, не исчезает бесследно, оставляет семена. И они прорастут.

До одиннадцати лет жизнь Павла Чжана была счастливой, хотя не совсем обычной. Был отец, немолодой человек, китайский ученый-филолог. Он преподавал в России китайский язык, а сыну передал свою любовь к далекой родине. Китай казался мальчику прекрасной, волшебной страной. Была мать, русская женщина, молодая, красивая, легкомысленная. Был дом в Подмосковье. Но однажды отец уехал в Москву и не вернулся. Вскоре и мать пропала.

Иногда Павлу снилась река, русалка с длинными волосами, какие были у матери. Еще снился их разоренный дом. Двери и окна распахнуты, в саду разбросаны вещи и книги. Исчезло все, что мальчик любил. «Император, Великая стена, отцовский голос выветрились из холодных комнат, выскользнули через битые окна, развеялись над садом».

Мальчик попал в детский дом, где воспитательница Людмила Борисовна, широкая, грузная, похожая на жабу, продала его педофилу Косте. Скрыть преступление не удалось, воспитательницу посадили, но Костя наказания избежал.

С этой грязной, мутной историей связана речная символика книги. Шуйгуй в китайской мифологии дух утопленника. Дух изворотлив, может принимать привлекательный облик, чтобы отнять тело у живого человека и в чужом теле покинуть реку. К духу утопленника близки по смыслу и стилю речные образы: запах тины, «зеленоватый донный холод», на каменистом дне «раковины и чьи-то кости», «бледное, как рыбье брюхо, лицо», «скользкий рыбий хвост», «из-под истлевшей плоти просвечивают кости», чья-то «макушка всплывает на поверхность». Педофил Костя соприроден речным тварям. В его лице «что-то жутковатое», глаза «близко посаженные», «оловянные». Костя мерзко жил и мерзко умер в прибрежной грязи, захлебнулся мутной водой.

Павел Чжан стал успешным программистом, ему обещано место в крупной китайской компании. Но полученная в детстве травма не прошла бесследно. «Что-то зародилось в нем: то разгоралось, как костер из сухих веток, то затухало, но никогда не исчезало, тлело под ребрами, свернувшись злым клубком». Павел даже боялся этого темного двойника. Ему казалось, что не он, а этот темный двойник жестоко избил мальчишку, который издевался над Павлом, а потом убил Костю.

Роман состоит из трех частей. Первая часть «Цзичан» – двор голода. Вторая часть «Кэчан» – двор жажды. В китайской мифологии они составляют часть ада. Павел многие годы носил ад в своей душе. Третья часть «Вансычэн» – «город напрасно умерших». Павла всегда манил Пекин, «Земля обетованная, Эльдорадо XXI века». Но в Пекине его ждали разочарования и смерть.

В послесловии к роману Вера Богданова утверждает, что главной для нее была проблема сексуального, физического и психологического насилия. Но об этом редко говорят открыто, отворачиваются от неудобной темы. Зато увлеченно обсуждают всеобщую чипизацию и другие конспирологические теории. Парадокс в том, что основную часть текста занимает футурологический роман о поглощении России Китаем и всеобщей чипизации. Действие его развивается в канун столетия КНР, то есть в 2049 году. Образ будущего, на мой взгляд, не получился. Не берусь судить о Пекине, но Москва и, особенно, Подмосковье в ее романе как будто не изменились за тридцать лет, даже отодвинулись в девяностые. Жаль, что футурологический роман отчасти заслонил психологическую повесть о трагической судьбе Павла Чжана.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу