Денис Епифанцев

Все исключено

Валерий Былинский
Все исключено

Другие книги автора

Валерий Былинский "Все исключено"

Первые сто страниц отличные. Подмечаешь детали, рифмы, думаешь – выстрелит ли в будущем – роман-то ого-го какой – пятьсот плотных страниц. Ждешь: как автор закрутит эту деталь? А вот эту? Смотришь, как медленно, но постепенно разворачивается сюжет. Немного режут глаз клише: «Забелин был чрезвычайно возбужден, расхаживал по квартире в одних трусах, прихлебывая из бутылки виски.» (Забелин – друг главного героя, с которым они собрались выпить. Не знаю, может я придираюсь, но сколько уже было этих друзей в трусах и с бутылкой виски, расхаживающих по квартире?)

Но сюжет-то, сюжет!

Главного героя тошнит от людей: приступы паники, видеть их не может. Он покупает тур по системе «все исключено» и отправляется на остров на финском озере, где две недели проведет в полном одиночестве. Вечером ложится спать, а утром просыпается и выясняет, что это не просто исключено –поселили вдали от людей, а вообще исключено: он оказался в мире, в котором не осталось никого/ничего живого: люди, львы, орлы и куропатки, рыбы и насекомые – все исчезло. Мир остался – электричество, дома, деревья, машины, бензин в бензобаках и еда в холодильниках (не портится – очень удобно), а живого нет. Такая «Мария Селеста»: куда ни зайдет – чайник еще горячий, сигарету только что положили в пепельницу.

И вот герой ездит: из Финляндии в Москву, из Москвы в Париж. Ест, напивается, ходит голым в церковь. И… все.

К трехсотой странице книгу хочется закрыть, и даже любопытство – желание узнать, что конкретно случилось и выберется ли герой из этого «пустого» мира – не двигает вперед.

И дело не в том, что написано плохо. Написано, как раз местами неплохо, просто не про то.

Тут как бы как: вот, если бы я был Галиной Юзефович, которая каждую книгу (включая какую-нибудь безграмотную Яну Вагнер) хвалит так взахлеб, как будто это первая книга без картинок, которую она прочитала в жизни, то наверно, может быть, и не сравнивал бы. Но я читал.

И Былинский не Стивен Кинг, хотя мог бы. Стивен Кинг, это все знают, не писатель ужасного, он певец американской глубинки. Ужасное там просто повод поговорить о людях. Мог бы наш герой отправится по России, заходить в дома и видеть чужую жизнь? Мог. Описать другую Россию, которую он не видел? Мог. Стал? Нет. Он даже в Москве, кажется, в трех местах был – в своей квартире, в офисе тур-оператора и в Мавзолее (ну еще в ресторанах что-то ел, но автор нам ничего про это не рассказывает – а было бы интересно, как устроено кафе «Пушкин» внутри, например).

И это не «Робинзон Крузо» (хотя автор и намекает, толсто так – туристическое агентство, которое отправляет его в это путешествие называется «Новый Робинзон»). Только вот Даниэль Дефо подробно восстанавливал ежедневную рутину человека, оставшегося наедине с самим собой, а герой приспосабливался к новым обстоятельствам и восстанавливал цивилизацию – из навоза и палок строил «Королевское Антропологическое Общество».

Валерий Былинский показывает нам рутину человека, который остался в мире без людей? Нет. В какой-то момент герой отмечает, что скоро год, как он в этом «путешествии». За этот год с ним, как с личностью, вообще ничего не случилось.

И это даже не «Пятница» Мишеля Турнье. Хотя и очень похоже, потому что Мишель Турнье тоже не про внешнее состояние, а про внутреннее. Но французский роман раз в двадцать меньше! И там нет эти диких флэшбеков: герой вспоминает, как служил в армии, в воспоминаниях он читает письмо от своей девушки, в котором она рассказывает свой сон, в котором она после расставания с героем прожила долгую жизнь, родила сына и умерла в глубокой старости.

Да фильм «Начало» легче пересказать, чем эти флэшбеки.

Может быть это, хотя бы, «День сурка»? Тоже нет. Герой Билла Мюррея Чехова прочитал, на рояле научился играть, у героя «Все исключено» то похмелье, то голоса в голове. Пьет, жрет, и с кем-то спорит ни о чем страницами.

Одной сценой это напоминает «Благоволительниц». Сценой с дерьмом. И кажется, что эта сцена, вот ровно, из «Благоволительниц» и перекочевала. Только у Литтелла дерьмо заливало мир поднимаясь, а у Былинского – льется с неба.

У журналистов из индустрии моды есть лайфхак. Когда коллекция настолько скучная и не интересная, что говорить о ней нечего, они хвалят интерьер, где проходил показ и рассказывают, кто сидел в первом ряду.

Из романа «Все исключено» видно, что Валерий Былинский человек начитанный и умеет писать длинные тексты.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу