Татьяна Соловьева

Павел Чжан и прочие речные твари

Вера Богданова
Павел Чжан и прочие речные твари

Другие книги автора

Вера Богданова "Павел Чжан и прочие речные твари"

Читая антиутопический роман Веры Богдановой, понимаешь, что будущее уже здесь. В «Павле Чжан» нет летающих автомобилей, умной пыли, всеобщей киборгизации. Всё, что изображает автор, уже так или иначе есть в нашей действительности хотя бы в зачаточном состоянии, она ловит тренды и, как это чаще всего свойственно фантастам, слегка гиперболизирует их, доводя до определённого предела. Собственно, тот же приём использовался в нашумевшем сериале «Чёрное зеркало» – поймать и абсолютизировать явление нашей действительности. Итог – цифровое рабство, новая иерархия, стремительная девальвация «обычной» жизни.

Герои Богдановой живут в середине нынешнего столетия, когда Россия вступила в САГ (Союз азиатских государств), попав под влияние Китая.  Главный герой – Павел Чжан (наполовину китаец, наполовину русский, он становится символом нового времени) – выполняет госзаказ и занимается разработкой прошивки для чипов, которые будут установлены всему населению России по китайском образцу.

Это роман об эпохе, когда понятие «личное время» практически перестало существовать. Поэтому люди бегут в кофейню коллеги и соперника Павла – Игоря: чтобы иметь возможность провести хотя бы несколько минут без связи с сетью и почитать бумажные книги. Но главным мерилом человека в новое время становится успешность, личная эффективность, преданность делу и способность к самоотдаче. Личное отступает перед профессиональным, социальная роль норовит вытеснить личность. Но внутренние Твари, сидящие в каждом человеке, так просто не сдаются – они могут затаиться на какое-то время, но рано или поздно начинают бунтовать.

Если говорить терминами Ричарда Докинза, Богданова, по сути, пишет роман о борьбе комплексных мемов (информационных комплексов, функционирование которых имеет поведенческие проявления): в «Павле Чжан» офисный, корпоративный мемплекс сталкивается с мифологическим, хтоническим мемплексом. Каждый из них функционирует по собственным законам, каждый из них определённым образом эволюционирует, и что получится при их пересечении, абсолютно непредсказуемо. Надо сказать, держать интригу и читательское напряжение автору удаётся очень неплохо.

Это роман о гештальтах, которые сами себя не закроют, но и их носителя в покое не оставят. Павел помогает мальчишкам в детском доме, становясь в собственных глазах тем человеком, которого сам он хотел бы встретить в детстве. Символично, что там же, в детдоме, его настигает воспоминание о главном триггере детства, вытесненном было на задворки сознания.

Это роман о комплексе жертвы, которая всегда винит себя во всём, что с ней случилось. Автору удаются психологические характеристики и мотивировки. Через воспоминания героя Богданова фиксирует момент слома, когда герой сдаётся под напором обстоятельств. Но этот слом – не крушение, потому что Павел не теряет себя, находит внутренний ресурс, необходимый для того, чтобы выстоять. Постепенно герой из жертвы превращается в охотника. Вспыхивающая в нём злоба – которую он называет Швалью – разрастается и заполняет его изнутри. Эта злоба имеет в своей основе и конструктивное, а не только деструктивное начало: не просто отомстить, но добиться поставленной перед собой цели. В экзаменационных вопросах про лагерную прозу студентам-филологам традиционно предлагают поразмышлять на тему образа будущего у разных писателей. Тогда они приходят к выводу, что в «Одном дне Ивана Денисовича» герой ориентирован на послелагерную жизнь, лагерь воспринимается как трудность, которую нужно пережить, а «Колымские рассказы» фиксируют расчеловечивание под невыносимым гнётом. По типу реакции на жестокую реальность Павел Чжан – скорее солженицынский герой, с внутренним стержнем, памятью о прошлом и образом будущего. То, что сломало бы очень многих, в Павле пробуждает лишь здоровую злобу и желание действовать.

Это роман о том, как прошлое врывается в настоящее одновременно с будущим и понятие времени как таковое становится относительным. Реальность соткана из настоящего – антиутопической России, ориентированной на Китай, будущего, над которым уже работают специалисты, прошлого, внедряющегося в настоящее беспардонными воспоминаниями и снами. Эти сны – чаще всего кошмары – альтернативная реальность, странным образом дополняющая основную, как и китайская мифология.

Это роман о том, что люди стали ресурсом для соцсетей, стримов и подкастов. В эпоху всеобщей цифровизации даже смерть становится относительной. Всё труднее смириться со смертью человека, когда его фотографиями и видеороликами заполнен Интернет. Это такая смерть Шрёдингера, когда человек как бы мёртв и жив одновременно.

Роман «Павел Чжан и прочие речные твари» заглядывает в относительно близкое будущее, и будущее это, как водится в антиутопиях, не самое радостное и безмятежное. Насколько сильна Вера Богданова в предсказаниях, у многих читателей её романа будет возможность убедиться лично – подождать осталось всего пару-тройку десятков лет. А вот «проснуться знаменитой» – после этого романа или одного из следующих – у неё, кажется, есть все шансы.

Комментарии посетителей

Другие рецензии на книгу