Наталия Курчатова

Пелевин и пустота
Виктор Пелевин «Т»

Самое глупое в романе первого литературного буддиста России (как бы Екатерина II не воплощалась в Медведева) – это ерничание над живыми или умершими собратьями. Самое проникновенное – лошадь и финальные стихи.
Первое – откровенно не по рангу, мелочно. Второе – выдает все (или почти все) искупающую экзистенциальную тоску, неподдельную, как лесостепные просторы на широте Самары.
Романом «Т» Пелевин замкнул кольцо, начатое «Чапаевым» - вещью, снискавшей ему настоящую популярность. Плохо ли, хорошо, ударно или бездарно, он завершил этот монолог. Феномен Пелевина еще и в том, что он как-то вне литературного и премиального процесса, наряду с еще несколькими большими авторами, он ничем или почти ничем не обязан «цеху». Номинировать очередной его роман или голосовать за него – все равно что играть в бадминтон со стенкой. Раз, два, и три. Пока воланчик не провалится в пустоту.