Дмитрий Орехов

Павел Крусанов "Мертвый язык"

Перед нами, по сути дела, большое эссе о судьбе современного Петербурга, современной России, современной цивилизации. Эссе, которое хочется цитировать. Что касается города на Неве, то судьба его трагична:

«...Тает и сам Петербург. Напротив собора Владимирской иконы Божией Матери возвели в московско-вавилонском стиле зеркальное аляповатое чудовище с ротондой на крыше. Нет половины скверов, где мы гуляли в детстве, а оставшаяся половина трепещет и ждёт неминуемой участи: из каждого сантиметра исторического центра будет выжата прибыль. На глазах исчезает наша родина, наша память, наша жизнь».

Причина трагедии современной России — в ее власти.

«Морды эти казенные, людоедские, ненавижу, - говорит одна из главных героинь. - Свору эту чиновную, лживую, шуструю до отката... Орду эту новую, московскую, все соки из собственной страны, точно покоренной басурманщины, высосавшую, данью ее обложившую на каждый вздох... Власть во всех своих подлых личинах сама народ до нитки обирает, в амбары врага добро ссыпает, которого своим не хватает, краденные да попиленные бабки на офшорные счета уводит... В такой власти закона нет, и покорствовать ей нечего. Родина для меня — не государство и власть. Родина для меня — земля и великий замысел о ней, незримое покрывало, ангелами этой земли сотканное из счастливых снов, тихих шорохов и вздохов ветра».

Каким же должно быть государство?

«Важнейшее устремление человека, сотканное из любви и света, - спасение души и восхождение в жизнь вечную. Значит, государство имеет смысл лишь тогда, когда создает, поддерживает и защищает тот уклад общественной жизни, который наилучшим образом открывает путь этому устремлению. Не подменяя собой Царствие Небесное, государство должно стоять на принципах, отвечающих Божьим заповедям. Цель народа — построение такого государства, а его долг — неприятие государства иного».

В беде находится не только Россия, но и вся современная цивилизация:

«Современное общество... это общество отрицания жизни. Но не через испытание, очищение, самоотвержение и смерть в жизнь вечную, а через какой-то липкий, навязчивый, обволакаивающий сон наяву. Своеобразная версия «Матрицы»... Стоило бегло посмотреть по сторонам, чтобы тут же убедиться: человек по большей части не живёт, не работает и не отдыхает, а только смотрит, как живут, работают и отдыхают в телевизоре (дырке бублика) другие. Однако довольно было сменить беглый взгляд на более внимательный, чтобы сразу выяснить, что и это не так, - те, в телевизоре, на самом деле тоже не живут и отдыхают, они лишь старательно симулируют то и другое...»

В книге столько диалогов, что роман напоминает катехизис. Автор разбил свое могучее эссе на реплики и вложил их в уста своим героям. Конечно, герои не только говорят. Иногда они пытаются изменить мир, однако у них мало что получается. Мир не спасти, он обречен, и только некий волшебный «душ Ставрогина» позволяет перенестись в инобытие — к самому Адаму...

В очередной раз говорить о прекрасном языке не стоит. Каждый, кто открывал Крусанова, знает, как он пишет.